Дон

Судьба окруженных частей левого крыла 40-й армии в июле 1942 года, была для советского командования не самой важной, у него были куда более значимые и грандиозные проблемы, которые надо было решать срочно. Судьба войск была неясной спустя многие недели и даже месяцы.3 июля был отдан приказ на отвод 40-й армии, 21-й армии еще ранее. На этом фоне в немецком 29-м армейском корпусе нет ни одной моторизованной дивизии, но командир корпуса ставит задачу выйти к переправам через реку Оскол быстрее советских частей и отрезать им путь к отступлению. Каждой из трех немецких пехотных дивизий, а это 75-я 57-я и 168-я, отдается приказ сформировать по одному моторизированному батальону. Командиры дивизий собирают грузовики, сажают на них пехоту, цепляют легкие полевые орудия, минометы и продвигаются вперед, захватывая населенные пункты и мосты, чтобы затормозить советские дивизии. Начинается борьба за дороги и перекрестки.

Подразделения Красой армии подошедшие к переправам через Дон ранним утром 4 июля 1942 года, увидели гигантские пробки к мостами, плюнули на всё и начали переправлять через реку, кто как мог. Разумеется водители, ответственные лица, были вынуждены стоять и ждать своей очереди. За этим бегущим потоком людей с полутора километров уже наблюдали немцы. Командиры обеих немецких группировок, понаблюдав и поняв, что их видимо никто не ждет, начали действовать. Они атаковали эти переправы и на плечах отступающих, хотели захватить их. Действовала 24-я танковая дивизия Вермахта. По радио был отдан короткий приказ сопровождающей артиллерии и по этому скоплению людей и техники был открыт огонь.После короткого артналета, танки начинают двигаться к этому скоплению у переправ. Люди бросились врассыпную. Эффект был достигнут мгновенно, до нас дошли фотографии разгромленных скоплений техники. Такая судьба была у переправ в районе Рудкино, Гремячье и в районе Мостовой. 

«Есть на Дону деревня «Орловка», от неё до Сталинграда, километров 350-400 будет. Тогда в конце августа, нацисты продавили фронт. Вот в этой «Орловке» и оказались мы, битые да грабленные, остатки и ошметки разгромленных частей, дивизий и полков. Не было командования и днем с огнем невозможно было найти старшего офицера, кто бы распределил и возглавил растерянных солдат, которые в любой момент могли превратиться в вооруженную и неорганизованную массу. Это очень страшно, когда толком не знаешь, где фронт, где тыл, где фланги, где немцы? Но нам повезло, нашелся тогда толковый командир, лейтенант — особист, молодой парень совсем на вид, а грамотный.Буквально, уже к вечеру этого дня на горизонте поднимая столб пыли показалась немецкая моторизованная колонна. Мы все заняли позиции и приготовились погибнуть, приняв неравный бой. Немцы удивили, от колонны отделился один бронетранспортер и поехал в строну села, подняв белый флаг. Нацисты выслали парламентера…