Блиндаж

Вокруг маршала Жукова с некоторых пор появился миф, будто бы он наплевательски относился к жизням солдат и именно этим фактом обеспечены его многочисленные победы. Жукову приписывают фразы «бабы ещё нарожают» и «солдат не жалеть!», а выражение «трупами завалили» персонифицирует именно с этим военачальником. Особенно это мнение закрепилось после выхода док. фильма: «Маршал Жуков: Солдат не жалеть!» 2011 года.На самом деле Жуков стал лучшим полководцем войны именно по причине особого отношения к жизни солдат. Их сбережение неприменимо становилось частью стратегии его военных операций. И более того, этот факт можно доказать документами. К примеру 27 января 1942, в 5 часов утра он радировал командующему 49-й армией генерал-лейтенанту Захаркину: «…большие потери объясняются виновностью командиров дивизий, грубо нарушающих указания о массировании артиллерии для прорыва. Части 49-й армии преступно ведут лобовые атаки неся огромные потери…

22 июня 1941 года о начале войны советскому народу сообщил Молотов, а не Сталин. В этот же день с речью отметился Гитлер и Черчилль. Почему Сталин молчал? Этот на первый взгляд незначительный казус, породил миф о прострации вождя. Масла в огонь по этому поводу подлил Хрущев на XX съезде. Так почему же не выступил Сталин? Он понимал, что факт такого выступления, может породить в людях еще большую тревогу. Всё дело в том, что вождь не баловал народ своими выступлениями. Обычно 1-2 в год, не больше. Из них в прямом эфире по радио несколько лет вообще ни одного! Президент США Рузвельт к примеру выступал по радио каждую неделю. Если бы спустя 2 года молчания, Сталин выступил по радио в первый день войны  — это вызвало бы не воодушевление, а панику. Поэтому выступил Молотов — второй человек в стране и руководитель советской дипломатии, но над текстом они работали вместе.Далее про панику в Москве 16 октября, когда Сталин не покинул Москву. Так же по теме: «

В начале августа 1941 28-я армия и её командующий имели несчастную судьбу. Шестьдесят процентов личного состава армии погибли, многие получили ранения. Однако, действуя в районе между Рославлем и Починком, сконцентрированные в руках командарма силы не дали врагу соединиться, благодаря чему вокруг Смоленска не образовался котёл, подобный Вяземскому. Генерал-лейтенанту Владимиру Яковлевичу Качалову судьба уготовила стать одним из первых героев Смоленского сражения. Он возглавил оперативную группу в составе трех дивизий, которая нанесла наступающим немецким войскам контрудар из района Рославля и откинула противника за реку, тем самым создав угрозу с тыла передовым соединениям Вермахта. Чтобы парировать удар немецкое командование было вынуждено подтянуть на этот участок фронта крупные силы, которые вскоре фланговыми ударами окружили группу Качалова. 1 августа Качалов отдал приказ на отход дивизий в восточном направлении —

В ночь с 19 на 20 января 1945 года часовые немецкого гарнизона, охранявшие крупный железнодорожный узел в Восточной Пруссии услышали в темноте рокот множества моторов. По дороге двигалась колонна танков, впереди которой шла легковая машина «Виллис». Это были русские Т-34, но шли они в походном порядке – с открытыми люками и зачехлёнными стволами орудий. До линии фронта были десятки километров, но вид советских танков конечно встревожил караульных и они попытались преградить дорогу. Послышались крики: «Стой! Чья колонна? Куда следует?» В ответ прозвучала властная и чёткая немецкая речь: «Танки полковника Заммера следуют в Гросс-Скайсгиррен. Уйдите с дороги!». «Наверно трофейные» — подумали немцы и немного успокоились.Через несколько минут танки начали обосновываться на станции. Начальник станции быстрым шагом направился к штабной машине, он поинтересовался, что за танки полковника Заммера прибыли на станцию? Ему ответил командир 89-й танковой бригады Красной Армии Соммер. Этнический немец, он отлично говорил на немецком…

В середине мая 1945 года Георгия Жукова срочно вызывают в Москву на секретное совещание. На нём присутствовало ограниченное количество лиц, так как сложившаяся серьезная и опасная ситуация не подлежала никакой огласке. Кроме Сталина были трое: Молотов, Ворошилов и Жуков. От службы внешней разведки были получены данные, что в зоне английской оккупации, вопреки акта о безоговорочной капитуляции, скопилось около одного миллиона немецких солдат и офицеров, которых союзники по каким то причинам не разоружают. Находились они в городе Фленсбург, расположенном на берегу Балтийского моря на границе с Данией. Более того, там же заседало новое немецкое правительство под руководством Деница и новый Генштаб под командованием генерала Йодля. Неужели опять придется воевать с немцами?Сразу же после совещания Жуков вызвал к себе начальника разведки 1-го Белорусского фронта Николая Трусова и приказал ему в течении 24 часов собрать группу из 25 лучших разведчиков и отправиться с ними во Фленсбург. Было приказано выяснить, что происходит в этой зоне, что англичане задумали и самое главное —

19 мая 1942 года с военного подмосковного аэродрома Раменское взлетел тяжелый четырехмоторный бомбардировщик Пе-8, взяв на борт только одного пассажира. Самолет взял курс на запад. До самого последнего момента экипаж даже не знал кто будет их пассажиром, а был им никто иной, как личный представитель Сталина — нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов. Об этом полете знали только несколько человек в стране.Так начался один из самых засекреченных рейсов Второй Мировой войны — полет до Англии и США, от которого зависела судьба человечества в этой войне. На сутки этот советский Пе-8 стал самой желанной целью для немецкой авиации, так как о предстоящем визите догадывались и немцы.Видео про дипломатический визит Молотова в страны союзников. Ему было приказано уговорить союзников на открытие второго фронта в Европе.

В конце июня 1940 года в затемненном Берлине, ожидавшем налета английской авиации, кто-то бросил в почтовый ящик полпредства СССР письмо, адресованное военному атташе или его заместителю. Его автор предлагал восстановить прерванный с ним в 1939 году контакт.Автором письма был агент советской разведки «Брайтенбах» — уже не молодой Гауптштурмфюрер СС Вилли Леман. По словам прославленного советского разведчика Павла Судоплатова, это был единственный советский агент в Главном управлении имперской безопасности, а затем в Гестапо. Прежде всего советской разведке он выдавал информацию, которая могла спасти агентов легальной и нелегальной разведки в Германии, когда немцы начинали «разрабатывать» их. Вилли работал на СССР бескорыстно, ему даже никаких особых заданий не давали, что даст — то даст, а давал он много.В частности днем 19 июня 1941 года он дал особо важные сведения о начале войны в 3 утра 22 июня.

Во второй половине дня 15 декабря 1942 года немцы увидели двух приближающихся к их позициям красноармейцев с белой тряпкой. Это были Шишкин и Смирнов — первый парламентеры со стороны Красной армии в Великой Отечественной войне. Они потребовали препроводить их в штаб немецкой группировки в Великих Луках. Однако вступать в переговоры с советскими офицерами и принимать от них пакет — гитлеровцы не сочли нужным. Один из немецких офицеров, видимо имеющий на это полномочия, заявил: «Мы офицеры германской армии, вы офицеры русской армии и каждый из нас выполняет свой долг». Затем Шишкин и Смирнов с завязанными глазами были выведены за линию фронта и вернулись к своим. Спустя 32 дня немецкий гарнизон в Великих Луках прекратил свое существование.Хорошее виде про все подобные выходы советских парламентов к немцам. Далее про то как это было в Сталинграде и Будапеште в декабре 1944.

Немецкий офицер Пауль Зиберт никогда и ни у кого не вызвал подозрений. В немецкой комендатуре города Ровно его считали за своего, что называется «в доску» и полностью доверяли. Даже у СД и Гестапо он был на хорошем счету. Однако Пауль с идеально арийскими чертами лица, не только не был немцем, он даже никогда не покидал территории СССР. А если бы немцы узнали, что он сделал, то пришли бы в шок и не поверили.Когда специалистов по истории советских спецслужб или ушедших в отставку агентов просят назвать самого высокопрофессионального разведчика-нелегала, почти все называют Николая Кузнецова. Общаясь с немцами, разведчик выдавал себя за немца. С октября 1942 по весну 1944, почти 16 месяцев, он находился в занятом гитлеровцами Ровно, вращался в одном и том же кругу, постоянно расширяя число контактов. Кузнецов не просто изображал немца, он стал им, заставлял себя даже думать по-немецки.

Находка обнаружена в так называемой «лисьей норе» — это такой быстровозводимый блиндаж, которые немцы собирали из оцинкованных гофрированных элементов и закладывали сверху камнями и засыпали землей для маскировки. В Заполярье таких сохранилось много и они даже с мебелью в настолько хорошем состоянии, что в них можно жить: «Турист нашел в лесу нетронутый немецкий блиндаж с мебелью и электропроводкой. Немцы будто ушли вчера — можно жить!» (2021). Поисковик Сергей Колобердин, который специализируется на поиске металла, раскопал с помощью школьников одну из таких «лисьих норм» где-то на границе России и Литвы и внутри его ждала странная находка — пробитый пулей немецкий череп в каске, так же пробитой пулей. Причем всё это по видимому лежало отдельно от тела немца.Как эта находка оказалась в норе — не понятно, скорее всего кто-то вскоре после окончания войны занес череп с каской в укрепление и там и оставил. Начало процесса копа: