Frontline chronicle

Большинство кадров снято в боевых порядках третьего батальона, 159-й стрелковой бригады под командованием Гукаса Мадояна. Эти кадры не были использованы в выпусках Союзкиножурнала и почти 80 лет пылились на архивных полках. Освобождение Ростова началось с перехода войск Южного фронта в наступление 1 января 1943 года. За три недели боев Красная армия вышла на берег Северского Донца и Дона. На Ростов прежде всего наступали части 28-й армии под командованием генерал-лейтенанта Василия Филипповича Герасименко.159-я стрелковая бригада, которой командовал подполковник Булгаков, наступала с левого берега реки Дон в районе исторического центра города. Вечером 7 февраля один батальон бригады получил боевую задачу захватить одну часть станции Ростов-на-Дону. В состав штурмовой группы были включены солдаты и офицеры трех батальонов 159-й бригады, задача была — скрытно пересечь по льду Дон и ворваться в город.

14 июля 1941 оборона подступов к городу и сам Смоленск была возложена на части 16-й армии генерала-лейтенанта Лукина в составе 32-го стрелкового корпуса, состоявшего из 46-й и 152-й СД. Однако обе дивизии обороняли дальние рубежи на северной стороне Днепра, а сам город защищали запасные и спецчасти — всего до 6500 человек, а на передовой только 2500. Лукин выдвинул на танкоопасные направления противотанковые отряды, но шедшая в авангарде 47-го моторизованного корпуса немцев 29-я моторизованная дивизия Вермахта, преодолев сопротивление отряда подполковника Павла Буняшина, в районе Хохлова прорвалась к Смоленску. 15 июля немцы зашли в город с юго-запада, заняли южную часть, 16 июля форсировали Днепр и пала северная часть города. В окружение попали 3 советские армии.На следующий день штабу 16-й армии был подчинен 34-й стрелковый корпус генерал-лейтенанта Рафаила Хмельницкого. Его 127 и 158 стрелковые дивизии включились в бои за южную часть города.

Неприступные оборонительные сооружения линии Мажино, хоть и в самых слабых местах, были прорваны всего за несколько часов, в результате наступления пехоты и даже без танковой поддержки. Выяснилось, что многие из французских ДОТов не выдерживали прямых попаданий артиллерийских снарядов и авиабомб. Эффект был поразительным, так с дистанции в километр, 88-мм немецкие зенитки всаживали в бронеколпаки снаряд за снарядом и проламывали броню — ДОТ становился слепым и его можно было смело брать силами штурмовых групп.Кроме того, большое количество сооружений не были приспособлены для круговой обороны и их можно было легко атаковать с тыла при помои гранат и огнеметов. Всего из 39-ти укрепрайонов на Линии Мажино, только десять были взяты вермахтом в бою.В сохранившихся любительских фильмах немецких офицеров, мы увидим как был развенчан миф о самой сильной французской армии в Европе.

Эти кадры никогда не публиковались для широкой аудитории. Хроника 1942 года, которая десятки лет пылилась в немецких архивах, снял её кинооператор Ганс Бастаньер.Ранее на сайте уже публиковалась хроника первых дней продвижения 6-ой армии Паулюса: «Цветная немецкая хроника наступления на Сталинград».Первой Дон форсировала немецкая 295-я пехотная дивизия. Первым был захвачен населенный пункт Песковатка. 21 августа пехотные подразделения 51-го армейского корпуса генерала фон Зейдлица форсировали Дон на надувных лодках. Солдаты быстро навели переправу близ деревни Лучинское. Чуть ниже по течению целый батальон форсировал Дон менее чем за час. Как только навели переправу, головные батальоны принялись за наведение понтонных мостов, по которым должны были пройти танки и прочая боевая техника. К вечеру 22 августа мост был готов и по нему пошла ударная 16-я танковая дивизия генерала Хубе.

Гвардии полковник Шейкин Михаил Степанович, командир 220-го Гвардейского стрелкового полка, 79-й Гв. СД у Бранденбургских ворот днем 4 мая 1945 попал в объектив кинооператора. Сказал речь, в оригинале: «Товарищи! Наш путь победы над Берлином, закончился! Но путь победы над врагом еще не кончен! Но мы его закончим так же, как закончили те, как закончил весь славный путь наш полк! Наша Славная 8-я Гвардейская армия! Ура товарищи! Ура! Товарищи, мы закончим эту победу потому, что наши славные армии, руководит наш великий советский народ, великая наша партия, великий мудрый товарищ Сталин! Ура товарищи!».Несколько сюжетов снятых после окончания боев в Берлине в цвете и со звуком.

Кадры уличного боя, под прикрытием заградительного огня наших минометов, находясь позади атакующей цепи сняли операторы Николай Киселев, Авенир Софьин и Михаил Шнейдеров. Дивизионные орудия поддерживают наступление пехоты, ведут огонь на короткой дистанции. Герой сталинградских боев пулеметчик Сидоров с перебинтованной головой, будучи раненым продолжает вести огонь со своей позиции в развалинах берлинского квартала — эти кадры сняли кинооператоры Михаил Посельский и Борис Соколов.Зачастую просматривая кадры хроники, мы не знаем, кто же стоял за кинообъективом, фиксируя для нас бесценные моменты тех героических лет, но благодаря монтажным листам, которые хранятся в Российском государственном архиве литературы и искусства, удалось восстановить имена фронтовых кинооператоров, снявших тот или иной сюжет.

Эту хронику наступления на Сталинград снял фронтовой кинооператор Ганс Бастаньер на цветную кинопленку. Кадры сняты кинокамерой arriflex. Бастаньер был одним из немногих немецких кинооператоров на Восточном фронте, которые снимали в цвете и в том числе павших немецких солдат. Часть его цветного киноматериала была отпечатана для черно-белых выпусков Дойче Вохеншау, остальные съемки были засекречены. Его кадры  дополнены любительскими цветными фотографиями другого фронтового оператора Эрнста Франка. Эрнст до 1942 года проживал в Ганновере, потом был направлен на восточный фронт в 6-ю армию Паулюса, получил назначение в роту пропаганды. Имея малейшую возможность, фиксировал на 35-мм пленку Agfa интересные моменты своего пребывания на фронте. Вплоть до своей гибели в Сталинграде он написал жене более 300 писем. В них он в частности просил не открывать тубусы с пленкой, которые отправлял с фронта.Далее в видео хронология боев запечатленных на кадрах хроники.

До нас дошли уникальные кадры частной хроники, заснятые офицерами Вермахта из 61-й и 217-й пехотных дивизий. На 22 июня 1941 года обе дивизии входили в 26-й армейский корпус вместе с 291 пехотной дивизий. Им с советской стороны противостояла по фронту 10-я стрелковая дивизия Ивана Фадеева из 10-го стрелкового корпуса. 18 июня советская 10-я дивизия заняла оборону на границе с Германией от Балтийского моря и мыса Паланга до Швекшны, протяжностью 80 километров (!). Каждый из трех полков 10-й дивизии противостоял одной из трех немецких дивизий, таким образом немцы превосходили наших примерно раз в 10 только численностью войск. 22 июня дивизия понесла потери и 23 июня была вынуждена отойти за реку Миния. Разрыв между соседней советской 90-й СД достиг 20 километров, немцы прорвались. В 13 часов 23 июня 23-я советская танковая дивизия Тимофея Орленко, выдвигалась из города Плунге на Тверай. Одна из сильно растянутых колон была атакована немцами из 61-й пехотной дивизии в районе Жерино.

Крошечный советский десант встретили тысячи немецких солдат, стоящих вдоль береговой линии на холмах…Борнхольм — это большой 30-километровый датский остров в 100 километрах об берегов Германии. В последние недели войны он стал перевалочным пунктом для эвакуации немецких солдат из Курляндского котла в Латвии и Восточной Пруссии. На 9 мая 1945, на острове находилась 12-тысячная вооруженная немецкая группировка, которая хотела сдаться в плен к союзникам — британцам или американцам, но никак не русским. Комендантом этого гарнизона из различных подразделений немецкой армии, командовал капитан 1-го ранга Герхард фон Кампц. Из ставки незадолго до капитуляции Германии, он получил приказ, согласно которому должен был продолжать войну с советскими частями, в ожидании прибытия на остров британских войск, для почетной капитуляции. Ранним утром 9 мая 1945 года, из порта Кольберг вышел отряд из шести советских торпедных катеров со стрелковой ротой в 108 человек.

К исходу 22 декабря 1943, 33-й отдельный штрафной батальон майор Мурзы, приданый на усиление 348-й стрелкой дивизии, скрытно провел ускоренный ночной марш и вышел в район 20-25 километров восточнее Жлобина. Задача — овладеть дорогой на этот населенный пункт. Перед батальоном немецкая оборона представляла собой 3 сплошных траншеи, 30 пулеметных гнезд, 6 ДЗОТов с тяжелым перекрытиями и множество блиндажей. Здесь занимала позиции 31-я пехотная дивизия Вермахта. Перед немецкими траншеями колючая проволока, мины.Согласно журнал боевых действий 348-й стрелковой дивизии, 23 декабря в 12:30, после артподготовки, 33-й штрафбат совместно с 1170-м стрелковым полком начал атаку. В 12:40 противник был выбит с передней линии. В 12:55 батальон ворвался во вторую линию обороны и вышел к окраине Малые Козловичи, в 14:45 овладел этим населенным пунктом, заняв так же высоту 1476. При этом батальон не переставал отбивать контратаки немцев из района леса севернее Грачева, батальон встретился с танками противника.