Великая Отечественная Война
«Сможем наконец отдохнуть и обогреться. Огромный город легко бы вместил весь личный состав всех дивизий. Осень 1941-го мы считали концом войны, не зная, что для русских это только начало. После киевского сражения и Вязьмы мы считали, что советам уже не оправиться, осталось нанести удар в самое сердце и взять Москву. Но мертвец ожил и начал отчаянно отбиваться. Не знаю чем они смазывали свое оружие и чем прогревали свои двигатели, но у них всё работало и всё функционировало. Мы так устали и были дезориентированы, что уже не понимали — перед нами простой сугроб или заваленный снегом русский танк, который в мгновенье взревет двигателем и пойдет на нас. Не понимали — это уходящие лучи негреющего зимнего солнца или оптика русского снайпера, который уже берет кого-то из нас на прицел».Воспоминания нацистов из «Мертвой головы» Людвига Фрига и «Лейбштандарта»
Советские войска брать Варшаву в лоб не собирались, город как всегда окружили — обошли с юга и севера. Для этого с юга был образован — Магнушевский плацдарм 8-й Гвардейской армии (Чуйков), чуть южнее Пулавский плацдарм 69-й армии и еще южнее большой Сандомирский плацдарм.8-я Гвардейская армия преодолела Вислу без серьезного противодействия противника, причем 57-я Гв. дивизия переплыла реку на специальных водоплавающих Ленд-лизовских фордах (90 машин) — за 6 минут сразу несколько сотен бойцов достигали другого берега. В каждом форде комплектом шла «базука». В ночь с 31 июля на 1 августа дивизия была блокирована немцами и например восстанию в Варшаве помочь уже ничем могла. Главным врагом переправ стали трофейные французские железнодорожные орудия 274-мм и немецкая штурмовая авиация. «Железный» Чуйков постепенно расширил плацдарм до речки Пилица —
Если к эсэсовцам и так относились мягко говоря недоброжелательно, то обладатели этого нагрудного знака, можно сказать подписывали себе смертный приговор. Речь пойдет о немецком нагрудном знаке за борьбу с партизанами. Интересен тот факт, что на немецком языке в названии нет слова «партизан», поскольку немцы не допускали использование этого термина в позитивном ключе. С 1942 года партизаны назывались бандитами, а в оригинале на немецком языке знак называется «Bandenkampfabzeichen» и был утвержден 30 января 1944 года.Знак существовал в трех степенях и им награждались даже летчики. На самом знаке изображена гидра, которую пронзает меч. Больше информации — в видео.
Текст берет за живое: «…Ранено 46 миллионов 250 тысяч. Вернулись домой с разбитыми черепами 775 тысяч фронтовиков, одноруких 3 миллиона 147, безруких 1 миллион 10 тысяч, так называемых «самоваров», безруких и безногих — 85942». Цифры придуманы, якобы незадолго до смерти интервью у маршала Конева взял генерал-полковник Степан Кашурко. Этот поток чернухи Конева ежегодно перепечатывают западные СМИ и антисоветски настроенные люди. Кашурко вжился в роль и даже вдруг стал называть себя «порученцем Конева».На самом деле Кашурко являлся академиком «Академии проблем безопасности обороны и правопорядка», кавалером 10 непонятных орденов и золотой звезды славы отечества. В этой Академии были свои знаки различия, за спасибо выдавали звания маршала, адмирала и любые другие, вплоть до контрадмирала космических звездолетов. Разбор фейка про маршала Конева и самого Кашурко.
«Васильев поворачивается от карты: «Недавно Петренко заходил — разведчики пленного приволокли. Танков в лесу говорит сотни две, не больше». Я протиснулся к столу, на карте между двумя очерченными овалами немецких танков, две тонкие красные линии: левая — Волков, правая — Сытник и они едва не задевают синие черточки немецких батарей. После того как посмотришь на карту — можно не спрашивать, почему не спят командиры. Мне захотелось послушать о чем говорят бойцы. Кто-то сказал: «Мы как с той стороны нажмем, корпус с этой надавит». Бойцы верили в воссоединение с частями корпуса — в чем я после просмотра карты стал сомневаться. Где-то недалеко в лесу тарахтели танки Петрова, оттягивая на себя немецкую артиллерию…».Так же интересен эпизод, в котором Попель со штабными и безлошадными танкистами захватили дивизион немецких 150-мм гаубиц с боеприпасами и открыли огонь по немцам. Предыдущие части 4 части смотрите по ссылке.
Вечером 27-го ноября, 7-я танковая дивизия немцев вышла к Яхроме, утром следующего дня захватила мост и перебралась на восточный берег канала. Путь на Москву был открыт. Одна из загадок — почему наши не взорвали мост? Он был подготовлен к подрыву и времени и уверенности для этого должно было хватить — дорога к мосту пролегает через город. Сработала немецкая хитрость — оберлейтенант Райнек со своей ротой обошли советские позиции, дошли до моста через реку Яхрому (идет вдоль канала), перебрались через неё, спокойно дошли до канала и моста, а потом сняли единственного часового из подрывной команды и захватили стратегически важный объект. Другие бойцы из подрывной команды в тот момент ушли за хлебом…Это один из многих недавно ставшими известными эпизодов тех боев. Рассказывает историк Василий Карасев, который написал про бои за Яхромский мост две книги и нашел живых участников тех событий, поднял все архивы, показывает карты и т.д. Увлекательный рассказ специалиста.
«Для меня эти бои были втройне тяжелей. От жены накануне письмо получил, написала на фронт: «Не приходи, другой у меня». От родни позже узнал, она с поволжским немцем живет. Хотел убить обоих, не хотелось жить… Хотел уже пули искать, а получилось наоборот — отличился в тех боях, получил орден Красной Звезды и отпуск по ранению.Я воюю, друзей теряю, а она шкура такая — не кого-то нашла, а немца! Еду я значит и думаю — ну всё, кранты им обоим, а пока добирался на поездах, да на перекладных, потерял весь свой гнев. Когда пришел с медалями да орденами на груди, а он сидит рядом с ней, такой заморыш маленький, убогий. Она мне на шею бросилась: «Да он мне не нужен вовсе. Просто голодно в тылу, а у него продуктовый паёк хороший. Я думала тебя убьют». Я посмотрел на неё, так противно стало…».В первой части видео воспоминания Мирослава Ковальчика, участника варшавского восстания.
Хлопцев в дивизию набирали со всей Украины, основной контингент — малограмотные сельские жители, поэтому с первых же дней начались проблемы с дисциплиной. Бойцы очень любили тикать до родных хат к мамкам, чтобы вкусно поесть и попить горилки — служба была им в тягость. Осенью 1943 года в дивизию прибыл Фриц Фрейтаг, прежде командовавший 4-й полицейской дивизией СС и ввел палочную дисциплину. Что-то у него получалось, но сложно превратить карателей в элитное воинское подразделение, способное сражаться.Видео про разгром дивизии «Галичина» в июле 1944 года под Бродами. Фриц Фрейтаг тогда докладывал, что после артналёта «Катюш» и ввода в бой советских механизированных частей, дивизия превратилась в неуправляемое стадо. Сами украинцы ругали немцев из 13-го корпуса Вермахта в который входили, за то что они не считали их за своих, бросили и отступили.
Тряпичная лента «Максима» от дождя намокала и растягивалась, потом ссыхалась, рвалась, становилась кривой. Пулеметный расчет «Максима» несмотря на станок с колесами, почти всегда отставал от пехоты — доходило до того, что его снимали со станка и пытались стрелять с упором на заборы, пеньки, стены и т.д. В учебном списке нештатных ситуаций, которые могут произойти с «Максимом» — 65 пунктов-вопросов. Пулемет был очень сложен в освоении.У ДП-27 в магазине дискового типа быстро оседала пружина, сам диск крайне тяжел, грязь и пыль быстро выводили его из строя. Были жалобы на перегревающуюся возвратную пружину под каналом ствола, слабое крепление приклада. ДП-27 часто использовали вместо станкового «Максима» и он почти всегда проигрывал в дуэли с немецким MG-34.Перед войной Дегтярев создал и станковый пулемет более сложной конструкции ДС-39. Но и у него был ворох проблем, которые привели к тому, что был возрожден серийный выпуск старых «
Из всех командующих фронтами Иван Конев был самым жадным до побед. Как вспоминал маршал Василевский, в годы войны возглавлявший генштаб: «Конев по настойчивости и силе воли он был сравним разве что с Георгием Жуковым». Не в последнюю очередь это было связано с тем, что в первые годы войны войска под его руководством потерпели несколько крупных поражений. В начале войны у него было всё настолько плохо, что от гнева Сталина и расстрела его спас лично Жуков.Замысел Конева по Львовско-Сандомирской операции был смел и необычен — он предложил нанести два главных удара. При этом в тыл противника были заведены две танковые армии по так называемому Колтовскому коридору, в условиях тумана, болот, по узкому месту, шириной в наибольшей части 10 километров. Риск оправдался.Документальный фильм от ТК «Мир» про характер Ивана Конева и Львовско-Сандомирскую операцию. Участвует Алексей Исаев.