Котел

У каждой страны есть свои символы отраженные в истории. Обычно такими символами становятся славные победы над врагом, вроде нашего Куликова поля, Сталинграда или замени Победы над Рейхстагом в 1945. Иногда в этот ряд можно поставить беспримерные подвиги Брестской крепости или оборону Севастополя, когда наши отступили или погибли, но нанесли врагу такой урон и психологический и физический, что могут претендовать на звание истинной Победы. В этом смысле современная Украина уникальна. За краткую историю своего существования она обзавелась немалым количеством символов — все до единого из которых, стали символами жестокого поражения. С большой натяжкой из этого ряда можно было бы вывести бои за Донецкий аэропорт, где ВСУ держались почти пол года, если бы не масса странностей, которые ставят этот подвиг под большой вопрос. Всё остальное похоже на кулинарную историю. Иловайский котел, Изваринский котел, Еленовский котел и Дебальцевский. Самый знаменитый котел —

Об этих событиях 90% любителей истории даже не знают.  Это происходило в промежутке между крахом войск Западного фронта и расстрелом генерала Павлова. В истории войны эти события известны как  Белостокско-Минское сражение с 22 июня по 8 июля 1941 года. Германское командование наносило основной удар на московском направлении, всеми силами группы армий «Центр», которая в своем составе имела 1 млн. 453 тысячи личного состава. Им противостояли 790 тысяч красноармейцев и командиров РККА.Интересно, что в первые дни войны германская армия могла лишиться своего главного козыря — генерала Гейнца Гудериана. Поздним вечером 23 июня 1941 немцы занимают городок Ружаны, продолжая марш на Слоним. А утром к дороге Ружаны-Слоним подошли танки советской 22-й дивизии и неожиданно атаковали немцев. В ходе боя один из советских танков выскочил на шоссе и открыл огонь по трем немецким офицерам. Два упали замертво, а третий успел залечь, подтвердив свое прозвище «

«На четвертый, может на пятый день наша колона 500-600 человек вышла на огромную толпу. Справа полукругом стоял лес и здесь по нам был открыт шквальный огонь. Мы побежали по огромному полю, солдаты падали — кто убитый, кто раненый. На ходу начали сбрасывать с себя всё что было. Я тоже бросил палатку, шинель, каску, противогаз. Оставил только винтовку и сумку с патронами. Через некоторое время оказался на возвышенности среди шестерых солдат. Мы обменялись мнениями о произошедшем и пошли. Наткнулись на минометную позицию — брошенный миномет и к нему снарядов 12. Расстреляли снаряды, били в ту сторону, где наткнулись на немцев. Далее двигались по дороге, стали спускаться к небольшой речке — впереди был лес, слева текла река. В этом районе встретили около 40 наших солдат. Слева от нас какой-то сарай, из него по нам начали стрелять. С нами были командиры, они приказали отстреливаться, пробиваться вперед. Мы бежали, сопротивления не встретили. Вскоре наткнулись на нашу разбитую машину —

«Мы двигались в направлении на Харьков. По пути встречали отдельные выходящие группы командиров и солдат. Одни из них были в форме, другие переодеты в гражданскую одежду. Переодетым в гражданскую одежду пробираться было легче — они могли двигаться даже днем. Войска немцев, опьяненные успехами, в первое время не обращали на них внимания. Те кто в форме и с оружием двигались в основном в ночное время. Недалеко от Краснокустка наша группа лесной дорогой двигалась в дневное время. Неожиданно мы обнаружили несколько замаскированных землянок. Там оказались маски противогазов без коробок и довольно много лука. Взяли немного лука в качестве провианта и двинулись дальше. Через метров 100-200 обнаружили еще одну яму. Она могла быть заминирована, поэтому мы придерживались некоторой осторожности. Я вызвался первым. Когда я пролез через вход, то моему взору открылась следующая картина —

В ходе Корсунь-Шевченковской операции войска 1-го и 2-го Украинских фронтов ликвидировали крупную группировку немецких войск. Все попытки деблокировать окруженные части Штеммерманна успеха не имели. Были разбиты 10 немецких дивизий и 1 бригада, перестали существовать два армейских корпуса вермахта. 28 января 1944 года в 15 часов, 233-я танковая бригада 5-го мехкорпуса, в районе Звенигородки соединилась с передовыми частями 20 танкового корпуса 5-й танковой армии 2-го Украинского фронта, тем самым замкнув кольцо окружения. В Корсунь-Шевченковском котле оказались 60 тысяч немецких солдат и офицеров, а 8 февраля котел уже полностью простреливался советской артиллерией.Окруженную группировку возглавлял командир 11-го корпуса генерал Вильгельм Штеммерман. Он наделся прорваться из котла и рассчитывал на помощь извне. Утром 11 февраля 1944 3-й танковый корпус Германа Брайта атаковал позиции 47-го стрелкового корпуса.

В ходе Барвенково-Лозовской операции в январе 1942 года, войскам юго-западного и южного фронтов освободить Харьков не удалось. Но южнее города, на западном берегу Северского Донца был создан Барвенковский выступ, глубоко вклинивающийся в немецкую оборону. У его основания в районе Изюма было узкое горло, где с севера нависали немцы из Балаклеи, с юга из Славянска.С наступлением марта во время распутицы боевые действия были остановлены, но началась подготовка к операции. Советское командование планировало с Барвенковского выступа перейти в наступление и освободить Харьков. Наступление началось ранним утром 12 мая 1942 года. Основной удар наносила 6-я армия генерал-лейтенанта Гроднянского. Для немцев, которые сами готовились наступать 18 мая, этот опережающий удар оказался неожиданным. Но армия Гроднянского вела себя пассивно, он оттягивал момент ввода в прорыв 21-й и 23-й танковых корпусов. Немцы этим воспользовались.Хроника с историей Барвенковского котла.

«Лешаков решил пробиваться к полку. Вдвоем с адъютантом прошагали 20 километров и всюду были фашисты. В этих странствиях Лешаков повстречался со своим знакомым старший батальонным комиссаром, отбившимся от кавдивизии. Тот своими глазами видел как с юга к Дубно автоколонна везла горючее и боеприпасы. Комдив повернул её обратно: «Вы с ума сошли?! Дубно давно у фашистов!». А в Дубно в это время были уже мы… Подумать только, десятки машин со снарядами, патронами, гранатами и горючим вернулись тогда, когда у нас и бензин и солярка на исходе. В юго-западном секторе осталось по 10-15 патронов на винтовку. Зарубин приказал собирать штык-ножи от СВТ-40, чтобы вооружать танкистов хотя бы холодным оружием.Я еще не слышал слова окружение, но сегодняшняя толпа возле радиомашины, красноречивее слов говорила о настроении. Прежде до Дубно мы не знали, что происходит за пределами корпуса и армии, теперь же нам неизвестна судьба собственного корпуса —

В середине сентября 1941 года произошло небывалое событие — под ударами врага пал Киев, третий по значимости город СССР. Вместе с ним в мешок попали четыре советские армии. 14 сентября 1941 в Лохвице встретились передовые  подразделения 1-й и 2-й танковых групп Вермахта, таким образом замыкая окружение вокруг советских дивизий под Киевом. Дальнейшая ситуация с Киевом была фактически агонией, его судьба была решена. Только 16 сентября Тимошенко дал Баграбяну (начальник штаба Юго-Западного фронта) устное разрешение на отвод войск. 17 сентября Баграбян прилетел к окруженным на бомбардировщике СБ-2, чтобы руководить прорывом из котла. В штабе фронта он встретил начальника штаба Тупикова, который давно настаивал на отступлении. Вместе они поехали к командующему фронта Кирпоносу и передали устное сообщение об отступлении. В ночь с 17 на 18 сентября было дано подтверждение из Генштаба. 18-19 началась эвакуация Киева —

«Дату ставлю произвольно, поскольку потерял ориентацию. В настоящий момент нахожусь в деревне КРИВИНО. От нашего батальона осталось всего 16 человек, из офицеров – старший лейтенант Сидоренко и младший лейтенанты Антипов и Рыбченко. Остальные  либо погибли либо блуждают где-то, также, как и мы.Многое пережил я за эти 6 дней. Много раз уже прощался с жизнью. Нашел 1-ю роту батальона. Решил действовать вместе с командиром 1-ой роты, пытаться прорваться из окружения и вывести транспорт. Продовольствия у нес только на 2 дня. Осталось три возможности: голодная смерть, смерть от рук немцев или плен из-за внезапного окружения. Последнее не рассматривается, в плен я не сдамся. Только что отправил Ковалева и Батиева найти, где нам сварить картошку. Прошел уже час, но ни один из них не вернулся..».Видео по записям дневника младшего лейтенанта Оноприенко (почитать), который воевал в составе 333-го саперного батальона 177-й стрелковой дивизии.

Существует 6 версий его исчезновения в ночь прорыва из окружения с 19 на 20 июля 1941, которые подогреваются его неоднозначным и подозрительным поведением. Дело в том, что 771-й полк которым командовал Малинов — вышел из окружения в почти полном составе, но без командира. Малинов таинственно пропал при прорыве в районе города Пропойска (ныне Славгород) через Варшавское шоссе за реку Сож.Полковник Малинов командовал 771-м полком 137-й дивизии и незадолго до прорыва из окружения 18 июля 1941 года, между ним и комдивом Гришиным был неприятный разговор и Гришин грозился расстрелять его. Вскоре комдив погиб. По воспоминаниям начштаба Александра Шапошникова, комиссар Васильчиков так же грозился Малинову доложить куда следует, если что-то повторится. Версия сотрудника особого отдела дивизии Андрея Карпова звучит так: «Это было в лесу вечером 18 июля накануне прорыва. Нас было двенадцать человек, в том числе и Малинов.