NarOboz

«Январь 1942. Отряд ОМСБОН под командованием лейтенанта Баженова действовал в тылу врага на территории Калужской области. В этой операции под руководством главного минера отряда Владимира Крылова, участвовали лыжники Михаил Лобов, выпускники института физкультуры Николай Сикачев, Павел Маркин, альпинист Николай Ананьев и гимнаст Иван Келичев. К утру они вышли к ж/д разъезду, который было необходимо уничтожить — подошли скрытно в вихрях метели. Будку в которой прятались охранники минеры гранатой РГД разнесли в щепки, а затем привязали мины на входные и выходные стрелки, привязали заряды к столбам. Через 10 минут послышалась команда Крылова: «Первые номера остаются у зарядов, остальные отходи!». Через 2-3 минуты после того как минеры умчались к лесу, на разъезде один за другим загрохотали взрывы». Далее про уничтожения моста через реку Жиздру, там было посложнее.  Видео по воспоминаниям Алексея Ивановича Авдеева.

В 20-х числах ноября 1941 года боевое охранение 227-й стрелковой дивизии, задержало при переходе линии фронта бывшего командира саперной роты старшего лейтенанта Константина Войнова. В те дни это было обычным делом и комбат было уже хотел отправить окруженца на армейский сборный пункт. Но Войнов настоял на немедленной встрече с сотрудником органов госбезопасности. Начальнику особого отдела дивизии Днепрову он доложил, что является агентом гитлеровской разведки и заброшен на нашу сторону со шпионским заданием. Это был первый подобный случай явки с повинной — шел 1941 год. Войнов 1910 года рождения, до войны женился на немке Ирме с Поволжья, был коммунистом, у них родилась девочка. В 1937 родителей Ирмы репрессировали, а его уволили из армии и выгнали из партии. Вернулся на родину под Астрахань, устроился путевым обходчиком, там и встретил войну. В военкомате Войнову дали звание старшего лейтенанта и отправили на юго-западный фронт, где он храбро сражался, выходил из окружения и с двумя ранениями попал в плен.

«Лешаков решил пробиваться к полку. Вдвоем с адъютантом прошагали 20 километров и всюду были фашисты. В этих странствиях Лешаков повстречался со своим знакомым старший батальонным комиссаром, отбившимся от кавдивизии. Тот своими глазами видел как с юга к Дубно автоколонна везла горючее и боеприпасы. Комдив повернул её обратно: «Вы с ума сошли?! Дубно давно у фашистов!». А в Дубно в это время были уже мы… Подумать только, десятки машин со снарядами, патронами, гранатами и горючим вернулись тогда, когда у нас и бензин и солярка на исходе. В юго-западном секторе осталось по 10-15 патронов на винтовку. Зарубин приказал собирать штык-ножи от СВТ-40, чтобы вооружать танкистов хотя бы холодным оружием.Я еще не слышал слова окружение, но сегодняшняя толпа возле радиомашины, красноречивее слов говорила о настроении. Прежде до Дубно мы не знали, что происходит за пределами корпуса и армии, теперь же нам неизвестна судьба собственного корпуса —

Ленинградский фронт. Комсорг Борис Галушкин ехал из политотдела дивизии к себе в полк. Ехал в кузове попутного военного грузовика с ящиками снарядов. Начался дождь, машина остановилась и он пересел в кабину к уполномоченному особого отдела полка — чернобровый капитан Рыленко. Дождь лил как из ведра, поэтому они остановились на постой в знакомой деревне. В бараке «бражничали» по словам встретившего их деда Акима новые постояльцы. Рыленко сразу заподозрил неладное. «Капитан поплотнее натянул фуражку, расстегнул кобуру и открыл дверь. В просторном помещении столовой царил полумрак. В дальнем углу под светом керосиновой лампы комсорг Галушкин и особист Рыленко увидели горы капусты и стол, за которым сидели трое военных и четыре молодые девушки в крестьянской одежде. Они оживленно разговаривали и смеялись. Увидев вошедших, люди за столом тут же смолкли. «Добрый вечер! Разрешите к вашему огоньку?»

В селе Антоновка Ямпольского района Сумской области располагалось подразделение СС, численностью около 500 солдат и офицеров. Партизаны отряда имени 24-й годовщины Красной армии совершили внезапный налет на Антонову и немцы разбежались кто куда, побросав при этом снаряжение и много имущества. Партизаны после победы остались в селе, ну а немцы получив подкрепление и сосредоточившись в соседнем населенном пункте, пошли в контратаку. Однако сколько немцы не стреляли, партизаны не отвечали ни единым выстрелом. Тогда фашисты решили, что село покинуто и пошли в него не пригибаясь, цепями. В 70 метрах от села партизаны открыли по немцам огонь из пулеметов, а пути отступления перекрыли огнем из 20 ротных минометов. Через час всё закончились, было убито 120 эсэсовцев, а несколько попали в плен.Один из немцев по имени Курт попросился в штаб к командиру. «Его просьба была тут же выполнена и увидев комиссара пленный выбросив руку сжатую в кулак, четко произнес: «

«Декабрь 1942. В минуты затишья мы были частыми гостями в стрелковых ротах. Однажды стрелки встретили меня строгим предупреждением, что вот мол на их участке появился немецкий снайпер — уже семеро наших неосторожных солдат поплатились жизнью за это. Единственный способ обнаружить его было наблюдение через перископ разведчика (труба разведчика ТР-4).Я приступил к длительному и трудному наблюдению за фашистским передним краем и нейтралкой. Сколько же ядовитых реплик о бесполезности моей затеи я выслушал в тот день. С каждым разом сужая число наблюдаемых точек, круг сужался и вот к полудню я остановился на одной точке — так ведь это же он! И теперь боюсь потерять его из виду — вдруг переползет на другую позицию». Далее про то как сняли снайпера и какой у него был счет. Видео по воспоминаниям Мансура Гизатуловича Абдулина. Часто упоминается его друг командир Суворов с которым он однажды попал в тыл к немцам, так как проспал начало боя —

Командир отряда партизан Сабуров лишь в шутку сказал: «А мы не партизаны!». Это привело к неожиданным и даже шокирующим результатам. События описанные ниже и в видео произошли 17 марта 1942 года в селе Гаврилова Слобода.»В этот день партизанский отряд имени 24-й годовщины Красной армии предпринял внезапный налет на гарнизон полиции в селе Большая береза (Буцкий район). Полиция тогда не приняла бой и бежала в соседнее село. Партизаны ликвидировали почту, захватили телефонную аппаратуру, были сожжены два лесничества, здание автомастерской, уничтожен трактор, три грузовые машины, захвачены ценные документы у старосты села, а еще 8 винтовок и 11 тонн зерна забраны с собой. И вот возвращаясь  этой операции отряд проходил через село Гаврилова Слобода. Было известно, что в этом селе усердствуют полицаи и староста села, действует суровый оккупационный режим, обстановка гнетущая. Партизанам из-за этого приходилось соблюдать все меры предосторожности и вперед была выслана разведка, которая доложила, что полицая убежали из села»

Рядовой состав Красной армии думал, что в котел под Сталинградом попало до 40 тысяч немцев, только в феврале 1943 стало понятно, что пленных более 300 тысяч и что удивительно, большая часть продовольствия для всей этой немецкой группировки доставалась бойцам РККА, так как немецкие летчики сбрасывали грузы где попало возле города.  Исправной техники и оружия было навалом. По воспоминаниям Мансура Гизатуловича Абдулина активно использовались немецкие 81-мм мины для советских 82-мм минометов, с составленными в полевых условиях таблицам поправок. Еще из его воспоминаний: «Однажды на нашем участке боевых действий увидели немецкую четырехствольную зенитную установку. Это было чудо техники на домкратах и сложных механизмах. Наш комсомолец Конский Иван первым забрался в люльку и начал крутить рычаги и рукоятки. Уже через 10 минут он стал рассказывать про эту установку так, будто сам её изобрел»

«Ночью недалеко от города Крийц, танкисты генерала Баранова захватили вражеский аэродром. Танкиста и минометчики тогда быстро обосновались на командном пункте, а взятый в плен начальник станции наведения сообщил, что три эскадрильи Юнкерсов через три часа должны вернуться с ночного задания. Советский майор-танкист с трудом подбирая слова сказал немцу — если хотите жить, то ведите себя так, будто ничего не произошло. Немец согласился.Однако когда первый немецкий самолет коснулся ВПП, он почуял что-то неладное и попытался взлететь, но его настигли автоматные очереди и снаряд из танка Т-34.Тогда было уничтожено около 20 самолетов и еще 8 были захвачены целыми. Далее в видео еще пара интересных эпизодов. Автором воспоминаний, на базе которых сделано данное видео, является Остроус И. В. и его книга «Катюш рубежи огневые», первая часть.

Дивизия тогда вела бои за освобождение Бобруйска. Перед советским наступлением артиллерия противника обрушила на прифронтовую полосу серию длительных артналетов. Телефонная связь между огневым пунктом и наблюдательными позициями была нарушена и первым побежал на линию связи Михаил Колесов. Он исправил повреждения кабеля, но вернулся с двумя ранениями. Артналет не прекращался и уже скоро вновь связь была потеряна. Начальник 22-й Гв. минометной бригады капитан Приходько не мог отлучиться так как ждал вызова и с сочувствием посмотрел на связистку Клавдию Тимохину: «Ничего не поделаешь Клаша. Надо». Она взяла телефоный аппарат, катушку с кабелем и побежала через плантацию картофеля к дубраве. Прошло минут 10, от Клавдии не поступало никакого сигнала. Капитан Приходько встревожился, посадил за аппарат разведчика, взялся за кабель и устремился к дубраве за ней. Через несколько минут в гуще дубравы он увидел Тимохину на коленях, а рядом лежащего немца. Второй откинув пятнистую плащ-палатку корчился у старого дуба, а третий целился в Тимохину…