Зима 1942, Сталинград. «Оторвавшись от передового отряда мы тогда оказались в полосе, где не было ни противника, ни наших войск. И вот вскоре мы там встретили первую батарею.
Колону вел заместитель командира дивизиона майор Ананьев, который тут же занял огневые позиции и приготовился к бою. Ну а мне майор Валынцев велел разведать положение противника и установить связь с передовым отрядом.
С ефрейтором Бучиным мы осторожно подползли к реке Маныч. Наших войск тут не оказалось, но вот с восточной окраины станицы Манычской донесся шум танковых моторов. А еще через некоторое время мы увидели 14 немецких танков с пехотой, которые в полутора километрах от нас начали переправляться через реку.
Что делать? Связь с передовым отрядом не установлена. Переправившись немецкие танки выйдут прямиком к огневым позициям дивизиона, а связи с ним так же нет.
Мы что есть духу помчались к нашим позициям, тут же застрочили танковые пулеметы. Мы думали что конец уже близок, как внезапно из неглубокой балки на большой скорости вылетели четыре «Катюши». В лучах заходящего солнца на направляющих спарках блестели снаряды. «Катюши» мчались навстречу танкам, а на подножке первой установки стоял Иван Федоткин.
Ну а дальше по его сигналу машины съехали передними колесами в кювет, после чего раздался спокойный голос Федоткина с координатами цели. Немцев такая дерзость очевидно ошеломила и они словно оцепенели. Но в этот момент ударил залп, после которого сразу загорелось четыре танка, а вражеская пехота залегла». Видео по воспоминаниям Царева Н.А. «Катюш рубежи огневые».
