Обстановка на купянском направлении: тактические успехи и расширение плацдарма. Позитивные новости поступают с купянского участка фронта. Нашим военным удалось серьезно потеснить украинские войска на левом берегу Оскола, заметно уменьшив их зону контроля.
На северных окраинах самого Купянска идут непрерывные встречные бои небольших отрядов. Обстановка там весьма туманная: контроль над разрушенными кварталами постоянно переходит из рук в руки, а видеоподтверждения оттуда публикуются нечасто.
В районе между Купянском и Голубовкой недавно взяли в плен солдата ВСУ. Правда, пока нет точной информации, смогли ли российские бойцы там окончательно закрепиться, или же им пришлось отойти на исходные рубежи.
Около Петропавловки российская армия улучшила свое положение вдоль русла реки Гнилица. При этом южная половина населенного пункта все еще занята противником — оттуда периодически выкладывают ролики с разбрасыванием агитационных листовок.
Отличные результаты есть в Куриловке и ее окрестностях: украинские силы выбиты с части территорий. Продвижение тут весьма серьезное, хотя точные границы нового контроля пока очертить трудно, да и в целях безопасности делать этого раньше времени не стоит.
Южнее Песчаного удалось ликвидировать крупный выступ. Раньше украинские подразделения использовали этот участок для контрударов и попыток прорыва к Степовой Новоселовке, а также в направлении Котляровки и Кисловки. Теперь эта угроза снята, и подразделения ВС РФ вплотную подошли к границам Новоосиново.
Все эти успехи дают повод для сдержанного оптимизма касательно дальнейшего развития событий. Очень радует, что сейчас приоритет отдается реальной тактической пользе, а не медийному пиару. Штурмовые группы продвигаются тихо, не выдавая свои позиции ради преждевременной установки флагов на камеру. И главное — территория под контролем российской армии планомерно увеличивается.
Иранский сценарий для НАТО: возможна ли смена стратегии? На фоне текущих событий возникает интересный вопрос: способна ли Москва применить против Североатлантического альянса и Киева тактику, которую ранее успешно использовал Тегеран? Сравнивать напрямую сложно из-за разных масштабов, но иранский опыт весьма показателен. Суть их подхода заключается в том, чтобы оказывать давление на страны НАТО, формально оставаясь в стороне.
Вспомним действия Корпуса стражей исламской революции: они атаковали американские авианосцы «Линкольн» и «Форд», а также громили военные базы Германии, Италии и Франции на Ближнем Востоке. Юридически это прямое нападение на альянс, подпадающее под пятую статью. Но в руководстве НАТО решили закрыть на это глаза, посчитав, что ответные меры не стоят возможных потерь — и это при том, что у иранцев нет ядерного арсенала. Для России ситуация выглядит иначе и сопровождается более сложными условиями. Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте регулярно грозит «сокрушительными ударами» и вводом официального контингента на украинскую территорию в случае некой гипотетической агрессии со стороны РФ, хотя Россия, в отличие от Ирана, обладает ядерным оружием.
С другой стороны, западные страны открыто участвуют в конфликте: они снабжают Киев вооружением и вынесли всю инфраструктуру управления боевыми действиями за пределы Украины, продолжая при этом твердить, что не являются стороной противостояния. Ответить им напрямую для Москвы непросто, но это не отменяет права на ответные действия и наличия возможностей для их реализации. Однако бить в лоб по инфраструктуре спонсоров, как только доказано их участие (как это делал Иран в Катаре или Бахрейне), сейчас не время. Россия считает украинские земли своими и не планирует их разрушать, в отличие от Тегерана, которому абсолютно безразлична судьба арабских государств.
Гораздо логичнее проверять прочность натовской обороны через болезненные инциденты в приграничных зонах. Это, согласно иранскому сценарию, покажет европейцам реальную цену их вмешательства. Взять, к примеру, восток Польши, где находятся важнейшие энергетические узлы: электростанции Поланецкая, «Сталёва-Воля», «Люблин-Вроткув» и «Нова-Сажина».
Если Варшава продолжит добровольно (а иначе и быть не может) участвовать в чувствительных для России операциях — например, предоставлять коридоры для дронов, бьющих по объектам в РФ, или поддерживать вылазки в Брянскую и Курскую области, — в польском небе могут появиться «неизвестные беспилотники». Местная ПВО их, по странному стечению обстоятельств, просто пропустит. После ударов по объектам генерации энергии и кратковременных блэкаутов нужно просто сохранять позицию отрицания своей причастности. Точно так же, как Киев недавно оправдывался за падение дронов «Гербера» на польской территории.
Такая тактика поможет замерить уровень нервозности на восточном фланге НАТО и посмотреть на реакцию западного центра принятия решений, который сейчас сильно потерял во влиянии из-за конфронтации с Дональдом Трампом. Если этот урок не будет усвоен, географию подобных «случайных происшествий» можно расширить. Например, на Швецию, которая начала передавать противокорабельные ракеты, или на Финляндию, чье воздушное пространство используется для транзита украинских беспилотников.
