1941

Немцам для получения одной тонны синтетического топлива требовалось переработать 4 тонны каменного угля и еще 10 тонн бурого угля. Первым типом получаемого бензина для наземной техники, был красный бензин с октановым числом 72. Его категорически запрещалось использовать в авиации, он начинал густеть уже при температуре воздуха -15 градусов, а в -20 превращался в кисель. Далее шло несколько типов авиационного бензина. А-3 синего цвета, октановое число 70, но с добавлением тетраэтилсвинца октановое число возрастало до 80 — он использовался для учебных, связных и  военно-транспортных самолетов. Бензин B-4, тоже синего цвета но потемнее, октановое число 72, с добавлением тетраэтилсвинца — 89, использовался для бомбардировщиков, торпедоносцев и транспортников. Истребители немцы заправляли только зеленым бензином С-3, с октановым числом 90, к концу войны его качество повысили до 98.

Лучший рубеж было трудно себе представить. На новой границе сразу началось возведение и новой линии укреплений, эти сооружения как танки Т-34 и КВ — были весьма совершенными и передовыми для своего времени. Например в отличии от «Линии Сталина», значительное количество сооружений были артиллерийскими на шаровых установках. Если обычная амбразура легко подавляет огнеметом, то поливать огнем шаровую бессмысленно. Полная готовность новой линии обороны ожидалась к 1942 году, если бы Гитлер повременил с войной, то эта линии обороны сыграла бы очень значительную роль.Еще негде было посадить советские войска — просто некуда размещать, хорошим примером является Брестская крепость, из которой фактически сделали перенаселенную казарму. Вместе с новой границой СССР получил очень выгодный рубеж для создания обороны, были обойдены сильно мешавшие переброске войск припятские болота и лесистые районы, в дальнейшем ставшие головной болью немцев. Вообще Сталин дал военным хорошие изначальные позиции, в Румынии —

Статья о замученной гитлеровцами Зои Космодемьянской, написанная по горячим следами, вызвала большой резонанс по всему СССР. Но тогда, в первой статье от декабря 1941 года, не было тех знаменитых фотографий — как вели её на казнь и сам момент расправы. Они были найдены у убитого немецкого офицера 332-го полка 197-й Рейнско-Гессенской пехотной дивизии Вермахта в конце сентября 1943 года, во время Смоленской стратегической наступательной операции. К этому времени 332-й полк, да и сама дивизия стали проклятыми. Каждый раз, как только советская разведка устанавливала местонахождение 197-й дивизии, пощады её солдатам и офицерам не было. В плен их не брали. Особенно охотились за гитлеровцами 332-го пехотного полка. Автор видео рассказывает историю подвига Зои, но не так, как её преподносили в СССР и не так, как пытаются это сделать либералы, а по своему.

Известная сцена, когда немцы идут на штурм крепости по Тереспольскому мосту — якобы с этого начались первые бои за крепость, ранним утром 22 июня. На самом же деле, заранее на моторных лодках, на берег северной части (в глубоком тылу) высадилась немецкая 4-я рота с приданными подразделениями 135-го пехотного полка и рассекла территорию крепости на две половины в излучине Муховца — так называемый ПКТ152. Пулеметным огнем немцы разом отрезали большую часть крепости от большой земли. Первые потери они вовсе понесли от своей артиллерии при десантировании на южный остров, судя по отчетами гитлеровцы сами крайне боялись своей хаотично стреляющей реактивной артиллерии. Немецкий десант на лодках насчитывал 500-700 человек, по нему открыли огонь только когда немцы высадились на нашей территории. Однако большого сражения не завязалось, немцы не стали воевать с огромной массой пограничников, а вдоль берега по дороге обошли их, сразу к Тереспольскому мосту.

Каким то особым открытием это не было. Можно с полной уверенностью утверждать, что танковые засады придумал не Катуков, но у него был крепкий, хороший дебют под Мценском в качестве командира танковой бригады. Катуков вычитал эту тактику в книге Кузнецова «Тактика танковых войск» от 1940 года. В ней в изобилии встречают абзацы, посвященные танковым засадам у переправ и дефиле, даже небольшими подразделениями танков. Все советские танковые командиры читали эту книгу.Но засадная тактика не является универсальной панацеей. Лучше всего её использовать для прикрытия отхода и на заведомо очень выгодных позициях. Бесполезно распихивать засады из групп по 3-4 танка по всему фронту. Проблема даже не в том, что не удастся остановить наступление противника — раскиданные на большом протяжении машины, собрать обратно «в кулак» будет крайне сложно. Классический пример это действия 33-й армии под Наро-Фоминском в декабре 1941 года —

«Оставьте меня в покое! Я уже 15 лет никому не даю интервью и не общаюсь на эту тему. Почем вы должны быть исключением? Я не хочу вспоминать войну! Не хочу вспоминать Россию, не хочу о ней говорить и ничего о ней слышать». Спустя пол часа Гер Вольтен наконец уговорился дать интервью о войне, пустил в личные воспоминания и переживания. Гер Вольтен должны был стать героем короткометражного фильма о победе над СССР. По замыслу Геббельса, три брата, которые служат в разных родах войск, встречаются в захваченной Москве и празднуют новый 1942 год.В конце ноября из письма родителей Гер Вольтен узнал, что в боях под Гжатском в октябре погиб его брат Оливер, воевавший не так далеко от самого Гера. С того времени его положение из привилегированного изменилось на обычное, для пропаганды он и его братья уже не годились.Далее рассказывает как тяжело было копать замерзшую землю для создания укреплений —

«Я не могу похвастать тем, что освобождал Берлин или тем, что защитил Москву, ни там и ни там меня, увы, не было, но я был под Тихвиным в декабре 1941 года. Солдат, он ведь как ребёнок, всему радуется, любой мелочи приятной. Ведь их немного у нас было, век солдата короток, от атаки до атаки, поэтому и воспринимается всё иначе, ценили и радовались тем вещам, которые в довоенной жизни возможно и не замечали даже. Что у нас было на войне? Марши, да переходы, ночи в промерзших окопах, стертые и саднящие ноги, болящие плечи и спина от постоянного груза, оружия и подсумков с патронами. Жрали, что попало, ночевали где и как придётся».Воспоминания Аркадия Михайловича Никанорова были опубликованы в 1995 году в газете «Известия».Рота в которой был Аркадий Никаноров, освобождала Тихвин в декабре 1941, зашла в деревню. Прямо перед новым годом пришли подарки из блокадного Ленинграда —

Советское снаряжение и форма довоенных образцов либо самого начала войны, которые были найдены в основном в Санкт-Петербурге. Довоенный френч связиста в отличном состоянии — ВОЕНТОРГ Л.В.О. и К.Б.Ф.. Кубарей и шпал на петлицах нет, но коллекционер Алексей Сильченко нашел оригинальные, причем они очень редки — в войну был приказ их сдавать. Вторым экспонатом является идеально сохранившийся китель с черными кантами, на нём даже бирка ателье сохранилась. Такие довоенные вещи стоят очень дорого, начальная цена 2700 евро за комплект. Алексей покажет шапку-ушанку от декабря 1941 года. Две довоенных пилотки в околоминтовом состоянии, котелок и фляга с клеймами на 1941 год, кружка «Красный выборжец» в котелок и ранний чехол для всего этого.Далее в видео Алексей расскажет про ножи, противогаз, никогда не ношеные ботинки «Скороход», ложки, мыло и другая мелочевка.

«Всё что можно было разобрать на дрова уже давно разобрано. Весь последний инструмент, которым можно было пилить и рубить, забрали люди капитана Герха, которого я если честно боюсь еще больше русских. За последнюю неделю у него окончательно поехала крыша. Мы собираемся бежать из города (Истра) и отступать за реку. Ты всё еще не понимаешь Рауш, ты не первый день воюешь, но так и не научился замечать важные детали, которые много говорят солдату еще до официального приказа. В городе полно саперов, а в грузовиках, что стоят — взрывчатка, для того чтобы взорвать дамбу и поднять реку. Мы Рауш, будем прикрывать отход полка за реку и нашего героического капитана Герха, который про нас даже не вспомнит. Холод пугает меня меньше всего. Меня пугают русские и безжалостные командиры, которые готовы мной пожертвовать…».Воспоминания немецкого солдата о боях под Москвой в 1941. Неужели вы думаете, что прошагав всю Европу, а потом пройдя с боями от границы летом до зимы, вдруг немецкого солдата остановил мороз и барахлящий двигатель танка и они начали бежать?

После таллинского перехода, моральное состояние большинства экипажей боевых кораблей опустилось на очень низкий уровень. Никто не находил оправдания для столь больших потерь, а были потеряны все крупные пароходы за исключением одного. Почему боевые корабли их бросили и никто не занимался спасением людей? Авторитет командования Балтийского флота упал на самый низкий уровень. В конце сентября 1941 года бригада подлодок Балтийского флота была приведена в порядок. Из 150 человек начсостава, восемь были отданы под трибунал, их них 4 расстреляны, в том числе за самовольные отлучки командир подлодки Щ-406. 23 человека были приведены к партийной ответственности. Особо отличился командир подлодки Щ-307 Николай Петров. 17 сентября 1941 он вернулся из города пьяным и не имея приказа вышестоящего командования приказал подготовить лодку к походу из Кронштадта в Ленинград, затем расстрелять весь имеющийся на лодке боеприпас, а затем оставить лодку и идти на баррикады (в сухопутные части).