Михаил Тимин
На самом деле сделать разбор боевых действий в воздухе 22 июня 1941 года по южному фронту достаточно легко. Сохранились КБТ эскадр 4-го авиакорпуса Люфтваффе, все полностью с разведданными. Достаточно сопоставить эти данные с документами Подольского архива МО и нарисовать непредвзятую картину событий 22 июня — наших документов так же много сохранилось. Советская историография битвы за небо в начале войны в пределах Одесского военного округа (ВВС 9-й армии) держалась на книгах Вершинина и там много чего не рассказано.К примеру. Днем 22 июня был атакован аэродром 55-го ИАП в Бельцах (на МиГах). Советские летчики успели поднять в воздух несколько машин и навязать немецкой эскадрилье Me-109 воздушный бой, позволив взлететь всем двум эскадрильям 55 ИАП полностью. Это оказалось очень кстати, за первой эскадрильей противника подлетела вторая — так немцы делали из расчета, что на первую эскадрилью советские самолеты израсходуют все боеприпасы и их будет проще добить в воздухе и уничтожить аэродром.
Действительно многие не могли банально взлететь, не говоря уже о воздушном бое, причем проблема не появилась внезапно.В 1930-х годах будущих военных летчиков обучали летать сперва на У-1 и У-2, готовили далее на Р-1 и Р-5 и отправляли в воинские части, где они постепенно переучивались летать на И-16 и И-153. Если в год в авиаполк прибывает 3-4 новых летчика, то это проблем не вызывало, но в перед войной это стало катастрофой. В 1938 году из 6 тысяч летчиков, 4 тысячи выпустились с навыками пилотирования Р-5. В авиаполки приходили сразу по 40 летчиков, требующих переобучения, для чего нужно было топливо, инструкторы, самолеты, а если учесть, что позднее к этому добавились новые и часто сырые самолеты Як-1, ЛаГГ-1 и МиГ-3, то ситуация была просто неописуемая.. Причем такая картина была и в танковых войсках и в артиллерии. Пробелму пытались решать. В 1939-40 почти все летчики выпускались на И-15 и И-16, но упал налет, с 45 часов в начале 30-х годов, до 20-25 в 1940. Генерал-лейтенант Путхин —
Об этом подвиге мы знаем только из немецких документов. Видимо этот эпизод так поразил немцев, что скрывать они его не стали.В начале Великой Отечественной войны сразу несколько выдающихся советских летчиков предложили руководству страны создать элитные авиачасти для завоевания господства в воздухе. Комплектовать их решили из летчиков испытателей и лучших летчиков строевых полков. Созданные особые 401-й и 402-й авиаполки под командованием Героев Советского Союза Степана Супруна и Петра Стефановского, стали широко известны еще в начале войны. Весте с этими, с элитными истребительными авиаполками формировались и полки ударной авиации, про боевую работу которых информации куда меньше, а ведь из 10 авиаполков особого назначения сформированных после приказа от 27 июня 1941, только 3 были истребительными. Два полка были вооружены новейшими пикировщиками Пе-2. 18 Пе-2 410-го полка, уже 5 июля 1941 сели в Смоленске, потом перебазировались в Витебск, нанося удары по немецким плацдармам и наступающим дивизиям.
Никогда немцы не несли таких потерь за один раз. Этот удар фактически уничтожил целую вражескую истребительную эскадру, которая после атаки была сразу отправлена в тыл на переформирование.Утром 25 июня 1941 истребители 27-й истребительной эскадры Люфтваффе, перебазировались на только что захваченный аэродром Парубанек, расположенный в предместьях города Вильнюса. Они прикрывали наступление 3-й танковой группы Германа Гота и наносили серьезные потери советским бомбардировщикам. Уже с 26 июня аэродром стал объектом массированных атак советской авиации. 29 июня была плохая погода, но экипажи шести авиационных полков 2-го авиационного корпуса поднялись в небо. Основным целями для 45 экипажей (почти половина не вернулась) стали колонны противника идущие от Вильнуса в сторону Минска и несколько вражеских аэродромов, Парубанек в том числе. На аэродроме в этот момент находились более сотни истребителей bf.
Этот большой немецкий разведчик «Дорнье» Do251B-3 (№0068) из группы Ровеля, был сбит Кругловым в районе Малоярославца 7 августа 1941 и совершил вынужденную посадку. Сохранились даже воспоминания радиста унтер-офицера Штирнвайса, при этом и советские и немецкие сведения совпадают до мелочей. «Дорнье» должен был сфотографировать аэродром под Тулой. По дороге на Тулу и на обратном пути за самолетом, тянулся инверсионный след, что выдавало машину. Стрелок Крамер не сидел в нижней ванне, потому что его глаза болели из-за сквозняка в месте крепления пулемета. Внезапной атакой истребитель Круглова поразил водяные радиаторы обоих моторов немецкого самолета — левый загорелся, правый задымил. А дальше была вынужденная посадка и встреча с местными жителями: «Лопасти моторов пропахали землю, поскольку нижний люк был открыт, кабина наполнилась землей. Земля погасила пожар двигателя.
Потери советских летчиков никто не скрывал, и при этом советская авиация понесла в годы Великой Отечественной войны самые меньшие потери среди стран активно участвовавших в воздушных боях. Нам рассказывают, что немецкие асы набивали свои огромные сотни побед на Восточном фронте, но цифры говорят об обратном. Вопрос во многом дискуссионный, так как потери на стороне Люфтваффе и на стороне ВВС РККА считались не всегда корректно. Рассказывает историк Михаил Тимин, давно изучающий документы по потерям. Есть и суровая правда 1943 года, когда всеми документами подтверждаются бои, в которых немцы сбивали 10 советских самолетов без потерь для себя. Обратных примеров пока не найдено.Чем отличались системы учета потерь? Сколько самолетов потеряли ВВС КА? Сколько самолетов потеряли Люфтваффе?