Воспоминания
«На залп нам давали пять минут. Объясняю, при залпе не всегда вылетали все мины. Все 12 станков стояли в ряд, в каждом по 8 снарядов, из которых торчат провода, соединенные с общим проводом. Пуск осуществляется динамо-машинкой или батареей БАС-80, очень примитивно всё. Где-то оборвется проводок и несколько мин не вылетают.За пять минут мы должны были их выпустить вручную. Мы офицеры, быстро распределяем мины между собой и кто то бежит запускать с БАС-80, пуская провода напрямую, кто то вообще с факелом — засовываешь его в сопло и берегись! Поэтому и обжигались, и камни с землей летели». Рассказ Ефима Борисовича Пивника, который был командиром огневого взвода «Катюш» и видел всё своими глазами. За пол года учебки он стал младшим лейтенантом, но на фронт пустили не сразу.
За первую неделю от мин и бомбежек погибло 61 судно. Не спасали ни звание, ни опыт, погибли сотни человек экипажей и тысячи гражданских. Тела людей и животных застревали в колесах пароходов…В ночь с 23 на 24 июля 1942 специальная воздушная группировка немцев приступила к минированию фарватера Волги. За несколько дней было скинуто 200 мин, любая из которых без шансов на спасение уничтожала любое речное судно.Когда немцы подошли к городу, речники брали на свои пароходы и свои семьи. Жены, дети жили на судах, и если тонули, то всей семьей.Чем уникален фильм? Он собран из записанных интервью речников, принимавших участие в боях. Если тяжело разобрать, что говорят, то можно включить субтитры. Так например один вспоминает, как подошел к берегу с ранеными и его начали бомбить немецкие самолеты. Люди прыгали в воду и выбегали на берег. Вдоль берега были дворы, коровы замычали, собаки залаяли, и оттуда кричали местные жители: «
Лариса Павловна Угловская была медсестрой в 46-ой отдельной механизированной Духовщинской бригаде. В армии с декабря 1942 года. Её воспоминания рисуют простые и пронзительные картины войны. «Ехали на замыкающей машине – вспоминает Лариса Павловна, – нарвались задним колесом на мину. Как бахнуло. Меня подняло к верху – вижу, что лечу, а как упала не помню. Одного что постарше в кузове убило, а второму, молодому, тут же ногу ампутировали и дальше отправили». Работали совсем рядом с фронтом, поэтому нередки были и налёты авиации. Людмила Павловна рассказала один из трагических случаев.Интервью записанное Евгением Грохом в Ухте, про начало войны, про курсы медсестер, немцев и спасение спасение девушки-военнослужащей.
Ополченцы реально тогда подбили танк из ПТРСа, есть видео. Даже в июле 2014 года Донецк был не готов к обороне. Хаос добавляли украинские военные, их первый танк шёл в сторону от Донецка через 2-й блокпост — может от аэропорта, может заблудился. Ополченец с позывным «Клуни» вспоминает, как это было. Первым прибежал «Колобок» с ПТРСом и первым же начал стрелять в стиле «я знаю куда», что то в танке пробил и у него потекло масло. «Колобка» потом ранило. Чуть позже ополченцы подтянули СПГ, «Утёс» и поставили всё это со стороны ДЗХАИ, где пожарная часть. Шансы уничтожить танк из имеющего оружия были минимальны. Так в Грабском танк ВСУ сначала обстреляли из «Шмеля», чтобы сбить динамическую защиту, а потом еще 9 выстрелов из РПГ в него и танк всё равно ушёл своим ходом неподбитым.Все эти истории (и другие в видео) кажутся бредом, но описываемые события были засняты самим «
«Да где же ваши русские войска? Воевать не будем, пускай заходят!».В июне 2014 в Харькове СБУ разрабатывала фиктивное восстание русских по примеру Донецка. «Восставшие» хотели захватить два танковых завода — завод Малышева и танкоремонтный завод на сортировке, захватить оружие и с этим оружием поднимать Харьков. Было понятно, что никакого оружия там нет, а вся операция должна была пойти по сценарию Мариуполя или печально известной Одессы. Сам замысел СБУ раскусил Игорь Стрелков, как опытный контрразведчик он понял, кто и зачем это планировал.Рассказывает схваченный тогда СБУ Виктор Скляров — сопредседатель Харьковского движения сопротивления — о том, как целенаправленно вели в тупик протест русского населения в Харькове, об аресте и обмене, о «пионерах-стахановцах» СБУ, которые вывозили семьи в Россию, и даже сейчас готовы сменить кокарды с трезубцем на двуглавых орлов.
«Победа на Курской дуге и приближение линии фронта — всё это активизировало действия партизанских отрядов. В ответ на это немецкие власти жестоко расправлялись с местным населением. Местные же жители, всё чаще уходили в лес, причем иногда целыми семьями. Всё труднее становилось оперировать партизан, которых теперь привозили каждую ночь. Шофер биржи труда Николай Мурга своевременно сообщал нам из каких деревень готовились вывозить советских людей в Германию и в нужный момент там появлялись таблички: «Въезд запрещен! Сыпной тиф!»».Другие видео по воспоминаниям Гречишкина.
Офицер федеральных сил воевал в немецкой каске во время Чеченской войны, буквально — это была не разовая примерка для фотосессии, а шлем в котором человек выполнял боевые задачи. Обладатель каски офицер-артиллерист Борис Геннадиевич Циханович — в Советской армии с 1973, ему приходилось служить в ГСВГ и на даже Кубе, принимал участие в двух чеченских войнах, служил миротворцем в Абхазии. На пенсию ушел в 2001 году в звании подполковника, награжден орденами и медалями. Более того, Борис Геннадиевич вел дневники и написал несколько книг, в одной из которых и упоминает историю этой каски. Полная история в видео. Если кратко, то выменял её у командира взвода морпехов, Виктора Явлинского. Выменял за 10 огнеметов. Сама каска с убитого (в эту же каску) духа, во время боев за Грозный.
«Алексей поставил меня на второй взвод, который в Грозном потерял взводного. Мне сразу пришлось сесть за штурвал БМПшки, так как взамен раненого механа за неё посадили молодого, заторможенного солдата. Кроме того, взвод потерял две из трех БМП и половину личного состава. Рота потеряла 30 солдат из 60, замполита и прапорщика прислали новых. Постепенно мы получили от ремроты еще две восстановленные БМП, а в мае еще одну. Новой техники полк так и не увидел». В начале войны 276 МСП насчитывал 1200 человек. 23 декабря 1994 года полк погрузились в Екатеринбурге на эшелоны со всей техникой и двинулись на Чечню. Через два дня полк уже был в Моздоке и еще через два дня вступил в боевые действия. Батальоны полка вступали в Грозный о Лермонтовской и Первомайской. К февралю 1995 полк потерял в боях 1/4 личного состава. Воспоминания бойца 276 МСП, который отслужив строчную службу, поступил на Истфак МГУ, но осенью 1994 года бросил его и подписал контракт на службу в горячей точке, отправился на войну в Чечню.
Они еще не были в бою, не нюхали пороху, в них еще не угас задор. Американским десантникам надо было высадиться в тылу у немцев и всех перебить там за 4 часа до того, как подтянутся береговые силы. «У меня был парашют, у меня была винтовка, заряды для миномета, патроны для пулемета, а еще у меня был детонирующий шнур обернутый вокруг шлема. Можно было видеть тени на волнах, я смотрел вниз и видел все эти корабли. Сверху казалось, если шагать с корабля на корабль, можно дойти до Франции. В той армаде было пять тысяч кораблей». На кораблях были солдаты, готовящиеся к десанту, причем никто не знал в какой зоне будет высадка, приказы распаковывали уже в море. Немцы же сперва увидели парашюты американских десантников в ночи, они не обрадовались, но многие подумали: «Наконец-то хоть что то происходит».Документальный фильм BBC к 76-летию высадки в Нормандии. Рассказывают ветераны американские, британские и немецкие. Фильм сопровождается реконструкцией и компьютерной графикой.
«Знали они что нам мимо никак не пройти и со всех сторон начали лупить по этой высоте с расстояния метров 100-300. События разворачивались стремительно. Прицельное попадание в нашего пулеметчика Володю Широкова, он погибает. Тут же убивают нашего снайпера Сергея Новикова. Коля Евтух пытается вытащить Володю и тут духовский снайпер бьет Колю в поясницу, у него перебит позвоночник. Ранили другого нашего снайпера. Вытаскиваем их, начинаем перевязывать, у снайпера ранение тяжелое. Олег Губанов пытается Вовку Широкова вытащить, опять взрыв и он летит на меня сверху головой вниз. Опять попадание в Вовку и он горит. Нам никак не зацепиться… На правом фланге тоже идет заруба».Рассказ Сергея Галицкого (отряд «Тайфун» Санкт-Петербургского спецназа Минюста), одного из непосредственных участников штурма села Комсомольское в марте 2000 года. Отряд действовал в Чечне с осени 1999 и работал в горах под Харсеноем в начале 2000-го.