Великая отечественная война
«Горечь на душе была невыносимая. После войны даже на танцы не могла сходить. Как то с подругой пошли в парк — там танцы. Меня пригласил парень, щебечет чего-то, говорит и говорит, а мне кажется, что он совсем ребенок и всё так смешно и несерьезно. Танцевать долго не могла — ниже колена осколок, под лопаткой осколок, болит всё. Еще совсем молодая, а чувствую себя как инвалид, прежде всего моральный инвалид — сломала меня война».Выдержки из воспоминаний Аксеньевой Татьяны Николаевны о войне и что было после неё.
В июне 1944 года Финляндию постигло возмездие за пособничество немцам в блокаде Ленинграда. В историю это событие было вписано как 4-й Сталинский удар — Выборгско-Петрозаводская наступательная операция. В 1941 году Финляндия вместе с Германией напала на Советский союз и горячие фински парни хотели создать Великую Финляндию, присоединив Карелию, часть Мурманской области, весь Кольский полуостров и дальше вплоть до Архангельска. Сделать им этого не удалось, а в конце 1943 года они поняли, что скоро могут потерять все завоеванные советские территории и даже свои земли. Красная армия стала в разы мощней чем раньше. Фильм от ТК «Мир»: «Освобождение. Карелия 44-го. Возмездие».Так же не пропустите: «Уничтожение финской армии — реванш за 1939 год. Стремительное советское наступление на Выборг в 1944» (2019), рассказывает Баир Иринчеев.
Задокументировано много интересных эпизодов. Так в начале августа 1941 года при отходе полка у Кривого рога, во время ночного марша отдельные неустойчивые красноармейцы стали отставать от походной колоны с целью дезертирства. Опыта препятствовать этому у оперуполномоченного Особого отдела Матвеева не было, поэтому был быстро сформирован заградительный отряд из взвода конных разведчиков, усиленный коммунистами и комсомольцами. Потенциальных дезертиров выявили — сопровождали отдельно, а к зачинщикам были приняты меры (не расстрел конечно).Но вышеописанные события были не главной целью создания заградительных отрядов. Прежде всего они должны были заниматься перехватом потерявших по какой либо причине свои части солдат и выявлять среди них вражескую агентуру. Однако рядовые загрядотрядовцы были не способны на такого вида работу и поэтому будущий руководитель СМЕРШа Абакумов в июле 1941 года потребовал укрепить заградительные отряды кадрами опытных оперативных работников, которые должны были опрашивать всех задержанных без исключения.
«Наблюдательный пункт доложил, что видит 7 русских танков, которые курсируют вдоль деревни в 2-х километрах от наших позиций. «Это точно? Они не ошиблись?» — только и смог я задать глупый вопрос, понимая, что ошибки быть не могло. Я начал судорожно думать, что нам делать. Лето 1943-го начиналось отлично, мы были полны оптимизма и и видели шанс на ускользающую из наших рук победу в войне. Огромные массы войск двигались по дорогам в сторону фронта. Мы получили новые усовершенствованные штурмовые орудия, а танковые дивизии новейшие средние и тяжелые машины. Тогда нам казалось, что сокрушить эту мощь невозможно.»Из воспоминаний оберфельдфебеля 383-й пехотной дивизии Вермахта Эрхарда Рауша от начала осени 1943 года.
«Он играл только одну, но короткую песню. Какие то охи и вздохи, но мы не могли понять, что он поёт. Ефрейтор Пампель даже притащил из тылового блиндажа переводчика, который перевел нам слова из песни русского и получилось что то вроде: «Ох, Ох, Ох, вот и фриц сегодня сдох!». Каждый день это повторялось, кто-то погибал, а русский вновь играл эту песню. Мы стали ассоциировать этого русского и аккордеон со смертью. Здесь подо Ржевом солдатам приходилось выдумать себе какую то цель на ближайший день, чтобы выжить и не сойти с ума. Вот и нам не была нужная Москва или другие столицы мира, а нужен был только этот аккордеонщик…».Несколько историй гитлеровцев с восточного фронта в сопровождении хроники.
После войны они очень любили рассказывать как храбро сражались с советскими и немецкими войсками, но факты упрямо говорят о том, что с немцами украинские националисты вообще не воевали, а на советских бойцов нападали только из засад, выжидая одиночек или очень мелкие группы бойцов.Успешно воевать у них получалось только с мирным гражданским населением — жечь деревни и выполнять грязные поручения немцев.Во второй половине 1943 года и начале 1944 года советские войска начали освобождать Украину. Самая крупная операция по ликвидации крупных формирований УПА произошла с 21 по 24 апреля 1944 года в Ровенской области. В лесном массиве в месте под названием Гурбы сконцентрировались 5 тысяч националистов, которые хотели перейти советско-германский фронт на сторону немцев. Однако уйти удалось не всем, советские войска уничтожили в том бою более 2000 членов УПА и еще полторы тысячи взяли в плен.
«Сначала я думал, что это просто сувениры на память, всем хотелось чем нибудь поменяться. Их интересовало всё: звездочки с пилоток, ремни наши, обмундирование, каски, шлемофоны наши танковые шлемофоны на ура шли — всё что могли достать. Однако когда к тебе каждый день приходит солдат и говорит, что ему нужно 30-40 пилоток, то понятно, что они хотят привезти это к себе домой и там продать. Война для американского солдата и для русского совсем разная была. Для многих из них это было вроде туристической поездки.Они мне запомнились как нация ушлых дельцов и торгашей. Они постоянно пытались нам что нибудь продать или обменять.Воспоминания старшего лейтенант Михаила Карпенко об общении с американскими солдатами после окончания войны и до разделения Германии. Некоторые из этих «советских трофеев» возвращаются на родину, видео прилагается. Немецкие и американские трофеи 41-45 вернувшиеся на Родину: шашка РККА, каска, бинокль, ремень командира РККА и пропеллер немецкого самолета!
Молодых ребят свозили грузовиками на станцию в Коростень для отправки в Германию, а комиссия из советских врачей должна было отсеять больных и калек. Врачи Гречишкин и Кошылев придумывали фиктивные диагнозы, чтобы спасти хоть часть молодежи от немецкой каторги — шел 1943 год и все знали куда увозят ребят. Вскоре должна была приехать вторая партия и Кошылев сокрушался: «Но ведь нас повесят!». Гречишкин узнал, что в районе начинается эпидемия холеры и придумал способ спасти всех.Воспоминания Гречишкина Дмитрия Карповича. С первых дней войны он командовал 341-м отдельным медсанбатом 301-й стрелковой дивизии. Будучи тяжело раненым он попал в лагерь, совершил побег и добрался до партизан. По их заданию почти год работал хирургом в районой больнице в оккупированном Коростене, где оперировал тяжелораненых партизан. Не пропустите: «Как немцы заманивали украинок в Германию? Нацистская пропаганда для села» (2019).
Некоторые в Красной армии собирались отступать до Сибири и не скрывали этого. Приказ №227 был воспринят так же неоднозначно, сохранились отзывы командиры РККА, которые выставляли его в негативном свете, причем не опасаясь обвинений. Помощник начальника штаба 6-й гвардейской кавалерийской дивизии, капитан Гладаев говорил своим сослуживцам: «Если бы этот приказ был раньше, то мы были бы давно разбиты.» Командир отделения роты противотанкистов из 76-й СД, так разъяснял приказ «Ни шагу назад»: «Всё равно люди попавшие в штрафные роты побегут в сторону противника, так как отступать им будет нельзя». Но других мнений всё же больше, о них смотрите в видео с 11 минуты.Согласно приказу №227 предателями объявлялись все, кто отступал без приказа вышестоящего воинского начальства. Более того, Сталин своим приказом прямо обязал всех кто удерживает позиции — расправляться с паникерами и отступающими без приказа. Такое право было дано неопределенному кругу лиц —
«В октябре 1943 года наш полк подобрал его в одной из деревень в окрестностях Гомеля. Сожженная немцами деревня еще догорала, а за ней был ровик небольшой, в котором были мертвые старики, женщины и дети. Колька сидел возле этого ровика — видимо выбрался, завалило его телами. Сидит и плачет, повторяет: «Мама! Мама! Мама!». Нам было запрещено гражданских брать, но куда его? Он пропал бы там совсем один, лет ему 8-9 было. Этот мальчик стал для нас всех как сын, отдушиной, куском дома, мы все его берегли».Изо всех сил он хотел быть полезным. Его никто не просил становится разведчиком, но его рисунки немецких позиций, которые он делал переходя линию фронта, всегда были очень точны и спасли немало жизней наших солдат.Воспоминания старшего лейтенанта 96-ой стрелковой дивизии, Марецкого Петра Александровича о боях осени 1943 года и ребенке удивительной и тяжелой судьбы.На фотографии —