1943

«Близость новгородских развалин ясно говорила — будем брать город. Наш батальон как и другие обновился почти полностью: пришли новые командиры рот, взводов, сержанты и старшины. Численность батальонов была под 400 штыков, но автоматов почти не было, имелось несколько ПП Судаева у комбатов и командиров рот. Мы всё таки надеялись, что штурма о котором говорило командование — не будет. В дивизии назначили срок — середина марта 1943. А потом был приказ командарма Яковлева, штурм 15 марта в 6 утра левобережной торговой части города — штурм без артиллерийской  подготовки, рассчитанный на внезапность. 1-му батальону было приказано овладеть церковью Рождества, где немцы создали сильный оборонительный узел. Если через разрыв в земляном валу удастся ворваться в город, то к нам подойдет отряд морских пехотинцев с автоматами, численностью до 300 человек.Я сразу сказал ротным, что по нам будет страшный артобстрел, бегом вперед ближе к проволочным заграждениям —

Кому-то это название может показаться пафосным, но по сути так это и было. В тяжелой обстановке всё решил дивизион Николая Ивановича Родионова, ему было 22 года. Последствия прорыва немцев через его артиллеристов было сложно представить, возможно вся операция «Искра» закончилась бы провалом, а ведь это была пятая попытка прорыва блокады Ленинграда. В январе 1943 во время операции «Искра» по прорыву блокады Ленинграда, 596-й истребительно-противотанковый полк ошеломил немцев и чтобы понять весь драматизм ситуации следует проследить всю операцию «Искра».Ролик с картами и хроникой про последний бой дивизиона Родионова. Для него и его 8 пушек это был первый и последний бой. Шансов у полковушек уничтожить немецкие танки было мало, т.к. это легкие 76-мм орудия с коротким стволом для поддержки пехоты. Своей пехоты рядом не было. Дивизион подпустил танки ближе и открыл огонь, были уничтожены 2 немецких танка, 6 пулеметов и до роты пехоты. Советские артиллеристы стреляли до последнего снаряда. Последним за орудием погиб сам Родионов…

Это была обычная советская девушка, которая с началом войны в числе многих других отправилась добровольцем на фронт. Она служила простой санитаркой и возможно, если бы с Зиной не случилось несчастье, мы никогда бы не узнали о ней и на бортах советских танков, самолетов и орудий солдаты не выводили бы одну и ту же надпись «За Зину Туснолобову!». Зина родилась в 1920 году, в русской семье в Белоруссии Витебской области. Однако в 1930-е годы, когда страну захлестнула волна страшных репрессий, отец Зины, опасаясь за собственную жизнь и жизнь родных, поменял фамилию и уехал вместе с домочадцами в Кемеровскую область в Ленинск-Кузнецк. Незадолго до начала Великой Отечественной войны он умер. Весной 1941 годна она, двадцатилетняя девушка, вышла замуж за военного, Иосифа Петровича Марченко. Незадолго до начала войны Иосифа направили служить на Дальний Восток, а уже оттуда он попал на фронт.

Об этой десантной операции предпочитают не вспоминать, тем более что ответственность за её проведение возложили на Жукова и Ватутина. С 24 сентября по 28 ноября 1943 года с целью содействия войскам Воронежского фронта в форсировании Днепра,  проводилась Днепровская воздушно-десантная операция. В ней принимали участие комсомольцы-десантники из 1-й, 3-й и 5-й воздушно-десантных бригад, всего 10 тысяч человек. Однако на деле высадились только 4 тысячи.В десанте принимали участие более сотни самолетов, планеры, бомбардировщики. Десантировались ночью и из-за плохой разведки местности и штурманских ошибок, десант с первого же дня стал катастрофой. Зона разброса десанта находилась в пределе 100 километров. Часть десанта была высажена прямо на немецкие позиции и уничтожена стрелковым огнем еще в воздухе. Одну группу высадили прямо над рекой Днепр и она вся утонула. Несколько групп были высажены над советскими позициями и еще несколько прямо на колонну 10-й моторизованной дивизии Вермахта. В полной версии материала воспоминания одного из выживших. «

Это уникальная история одной из подводных лодок, экипаж которой по большей части смог спастись с затонувшей субмарины, но обо всём по порядку — всё сложно.Советский союз встретил войну в числе лидеров по подводным лодкам. В составе его четырех флотов и на стапелях в разной степени готовности находилась 271 субмарина. 96 из них были «Малютки», созданные с целью защиты береговой линии: экипаж — 19 человек, одна 45-мм пушка и 2 носовых торпедных аппарат.За два первых года войны «Малютка» М-51 совершила 7 боевых походов, перевозила грузы в осажденный Севастополь и обеспечивала высадку десанта в район порта Феодосия.Вечером 22 сентября 1943 года М-51, ведомая новым капитан-лейтенантом Голубевым вышла на внешний рейд Очемчили, для выполнения положенного после окончания ремонта замера скорости. После надводного этапа испытаний, следовал частично подводный — командир приказал погрузиться до уровня рубки, но произошло другое. Подлодка с сильным дифферентом на нос пошла под воду, Голубев успел только прокричать: «

«В один из осенних вылетов 1943 года на штурмовку вражеских аэродромов восточнее Сталина (Донецк), мою уже отбомбившуюся группу из 8 Илов атаковала шестерка «Мессеров». Прикрывали нас тогда только два Яка. Тогда в воздухе у меня нарушилась связь по СПУ с моим воздушным стрелком Стрезикозиным и я думал, что он ранен. Сажусь на аэродром, заруливаю сразу в капонир, после чего вижу стрелка сидящим на кабине без гимнастерки, а лямки парашюта опоясывают нательную рубаху. Лицо Василия озаряла хитря улыбка и он машет рукой в небо: «Да это мессер раздел!».Оказывается у воздушного стрелка кончились патроны — замолчал пулемет, авиагранаты он тоже израсходовал, а тут как раз «мессер» атакует. И выручила наша война смекалка. Он рывком сорвал с себя все лямки парашюта, затем так же быстро сорвал гимнастерку и бросил её в «мессер». Немец увидел какой то летящий предмет в него и с испугу рванул вверх»

30 июля 1943 года советская лодка С-9 капитана Мыльникова вышла с базы на острове Лавенсари. Она преодолела минное моле «Зееигель», а дальше непроходимое минное заграждение «Насхорн». Вероятность подрыва на этом минном поле для подлодок немцы считали 100%, но С-9 удалось его преодолеть и выйти к сетевому заграждению «Валрос» и выпустить по этой сети торпеду — такое у неё было задание. Командир передал зашифрованное сообщение на базу, указав координатами свой путь. Торпеды выпущенные взорвались, но следы разрыва сети найти не удалось. С-9 пошла домой, но к назначенному времени 13 августа 1943 на место не прибыла. 4 сентября 1943 года на острове Сескар было обнаружено тепло подводника в водолазном снаряжении — это был погибший старшина 2-й статьи Кирилл Дикий, член экипажа С-9. Как погибла подлодка С-9? События последнего дня удалось восстановить спустя 70 лет, когда С-9 нашли прямо на пути её обратного маршрута, буквально через 4 часа поиска.

29 июля 1943 года лодка С-12 «Сталинец», под командованием капитана 3-го ранга Александра Бащенко, вышла с базы на острове Лавенсари с задачей прорваться в Балтийское море через два больших минных заграждения и противолодочную сеть. Это был опытный экипаж за плечами которого были самые долгие походы.3 августа 1943, немецкие корабли, которые несли службу вдоль сетевого заграждения, заметили на минном поле «Насхорн» взрыв мины с высоким всплеском воды. Немецкие корабли бомбили место взрыва глубинными бомбами — из под воды всплывали обломки и выходило топливо. Через пять дней лодку посчитали уничтоженной. C-12 была обнаружена российскими и финскими поисковиками неподалеку от острова Найссаар, по данным немецких документов. Это был разорванный на части объект, который не сразу приняли за подводную лодку. Дайверы погрузились. И у них сразу возник вопрос — как глубоководные противолодочные мины, имевшие заряд всего 30 кг, могли разорвать на части такую, сравнительно крупную субмарину как «

6 июня 1943 года финские солдаты осматривая остров Ристисаари, нашли тело советского подводника одетого в спасательное снаряжение. Несколькими днями ранее, в ночь на 29 мая 1943 года, субмарина Щ-406, под командованием Героя Советского Союза капитана третьего ранга Евгения Осипова, отправилась от острова Лавенсари в свой последний поход. Перед этим настроение экипажа, который ранее пережил десятки глубинных бомбардировок, было подавленным — подводники так и не дождались ответа от двух других «Щук», словно растворившихся в Балтийском море. Щ-406 постигла их участь.Поисковики уже в наши дни сопоставили даты гибели советских лодок, изучили по архиву розу ветров, чтобы понять, откуда могло дрейфовать тело. Стало ясно, что надо искать подлодку Осипова и делать это надо в проливе между островами Гогланд и Большой Тютерс. Подлодку нашли у острова Большой Тютерс на глубине 60 метров. Осмотр остова показал, что лодка подорвалась на мине UMA —

24 июля 1943 года в Ставке Верховного главнокомандования проходили рабочие совещания по операции «Кутузов». С докладом к Сталину прибыл генерал армии Алексей Антонов со своим помощником Штименко. Предстояла работа с картами, каждая карта — сверхсекретная, за утрату или пропажу наказание — расстрел.Подошел Сталин и началась работа, доклад занял больше времени чем предполагалось, потому что возник вопрос по использованию танков. Сталин пригласил генерал-полковника танковых войск Якова Федоренко. Когда пришел Федоренко стол еще был застлан картами — ни одного свободного места. Не дожидаясь пока карты будут убраны, Федоренко начал раскладывать свои документы: справки, списки, ведомости. Сталин задавал вопросы, Федоренко отвечал и обращался к тому или иному документу со стола, находил иногда не сразу. Вскоре на столе образовалась каша из справок и документов. В заключении Федоренко закинул на стол свой портфель. Сталин всё видел и если раньше мог сделать по поводу такого беспорядка замечание, то теперь молчал —