Главное из материала: Свернуть / Развернуть ▾
- «Любимая Рут, впервые за очень долгое время я ближе к тебе, чем ты думаешь, я лежу в гражданском госпитале, всего рукой подать до Германии идо тебя моя нежная, моя хрупкая Рут.
- Адрес я тебе не скажу, не приезжай ко мне, тебе не нужно видеть меня таким, я сам себя не хочу видеть.
- Мне страшно уже три года, все три года, что я провёл в России.
«Любимая Рут, впервые за очень долгое время я ближе к тебе, чем ты думаешь, я лежу в гражданском госпитале, всего рукой подать до Германии и
до тебя моя нежная, моя хрупкая Рут. Адрес я тебе не скажу, не приезжай ко мне, тебе не нужно видеть меня таким, я сам себя не хочу видеть.
Письмо я передам с Альбрехтом, он хороший парень, мы сдружились с ним за последние три недели, что я лежу и гнию здесь, Альбрехту повезло, он может ходить и он едет домой, когда он доберется до дома, то отправит тебе это письмо, чтобы ты не узнала где находится госпиталь.
Мне страшно, Рут, я пишу тебе из Ада, любимая. Мне страшно уже три года, все три года, что я провёл в России. Сейчас у меня нет части нижней челюсти и нет ног, все решали секунды, но я не успел выпрыгнуть из грузовика, когда мы попали под налёт русских самолётов, я не успел выпрыгнуть из кузова, всего пара секунд, но я не успел…».
Это письмо было продемонстрировано в Берлинском музее «Нацистского террора», а также было зачитано на выставке «Гитлер и немцы», голосЙозефа Хольда всё ещё звучит, как напоминание, звучит как предостережение, о том, что за всё приходит расплата.
