Главное из материала: Свернуть / Развернуть ▾
- К секретным документам его не подпускали, да они и не были ему нужны.
- Иначе говоря, на основе конкретных архивных материалов создавал художественное произведение.
Сам Юлиан Семенов говорил, что одним из прототипов Штирлица был знаменитый разведчик Норман Бородин, сын Михаила Марковича Бородина, который в двадцатые годы был главным политическим советником в Китае, по другим версиям прототипом был создатель нелегальной разведки Александр Михайлович Коротков.
Так был ли Штирлиц в реальности? Вернее, существовал ли у этого литературного и киногероя прототип? Работал ли в нацистской Германии на высокой должности советский разведчик, русский человек?
Когда Юлиан Семенов писал роман «Семнадцать мгновений весны», а затем сценарий будущего фильма, он мало что знал о работе советской разведки в нацистской Германии. К секретным документам его не подпускали, да они и не были ему нужны. В советское время больших сомнений на сей счет не было: сначала читатель, а затем и зритель охотно верили в авторскую версию о молодом большевистском разведчике, засланном сначала в колчаковский Омск, а затем, уже из Владивостока, последовавшем вместе с уходящими белогвардейскими частями, дальше осевшем на Западе и наконец внедрившемся в спецслужбы фашистской Германии.
Тщательный анализ всех произведений Семенова, в которых так или иначе присутствует Владимиров-Исаев («Бриллианты для диктатуры пролетариата», «Пароль не нужен», «Семнадцать мгновений весны» и др.) при сопоставлении с обнародованными сегодня сведениями о деятельности советской разведки показывают, что Семенов, пользуясь подлинными документами, подвергал их вольному токованию в соответствии с заданной сюжетной линией. Иначе говоря, на основе конкретных архивных материалов создавал художественное произведение.
