Главное из материала: Свернуть / Развернуть ▾
- Опытный советский фронтовик за годы войны повидал всякого-разного, но один эпизод, заставил его усомниться в реальности увиденного и расшатать его нервы.
- Первым советским комендантом после освобождения Освенцима стал Елисаветский Григорий Давидович.
- Он воевал с 1941 года, а в 24 мая 1944 года - командир 177-го армейского запасного стрелкового полка в составе 60-й Армии в звании подполковник.
Опытный советский фронтовик за годы войны повидал всякого-разного, но один эпизод, заставил его усомниться в реальности увиденного и расшатать его нервы.
Первым советским комендантом после освобождения Освенцима стал Елисаветский Григорий Давидович. Он воевал с 1941 года, а в 24 мая 1944 года — командир 177-го армейского запасного стрелкового полка в составе 60-й Армии в звании подполковник. Освобождал Освенцим, причем самый страшный блок Биркенау освобождал именно полк Елисаветского.
Григорий Давидович написал домой письмо. «То, что я пережил за последние три дня — не поддается описанию. За три года войны я видел много ужасов и кошмаров, но то, что лично увидел в Освенциме, нельзя было себе представить, даже при самой невероятной фантазии.
Я входил в барак, где лежат в ряд 400 живых трупов — эти люди лежат здесь несколько дней и никто к ним даже не входил. Не давали ни есть ни пить, а лежали и ждали своей мучительной кончины. Представляешь какой вой они подняли, когда увидели живых людей, в которых сразу же почувствовали своих спасителей? Сейчас там развернут наш госпиталь, куда свезли уже 4000 человек, но это лишь капля в море.
А видела бы ты, что стало с людьми, когда они увидели хлеб — они ноги целовали! Они выли! В лагере есть детский барак. Когда мы туда зашли, мои нервы не выдержали..».
