TacticMedia
Атаковать сразу несколько целей одним залпом в принципе невозможно, для каждой цели надо рассчитывать свой торпедный треугольник, но один случай поражения двух целей одним залпом действительно был. Гвардейскому экипажу подлодки С-56, под командованием Щедрина, действительно удалось поразить торпедами две цели, которые были рядом. Но к сожалению одна торпеда не взорвалась, одно судно затонуло, а на втором пробоину ликвидировали при помощи ящика с цементом, который придвинули к борту — вода растворила цемент и заделала пробоину. Подробнее с 35 минуты.Мирослав Эдуардович Морозов — военный историк, почти два часа он отвечает на вопросы зрителей о ВМФ СССР 1941-1945 гг. Как проявили себя Лен-лизовские корабли и почему экипажи на них формировались с нуля и это было не просто? В связи с чем, в начале войны произошел конфликт между Кузнецовым и Жуковым? От кого исходил запрет на использование кораблей на черноморском театре боевых действий? Немецкий десант на остров Сухо, зачем они провели это «
На въезде в Герат последние 13 километров бетонной дороги были разбиты танками в гребенку, были сточены все стыки бетонных плит и равномерная тяжела тряска сводила водителей с ума. По обочине никто не ездил — мины.Юрий Слатов совершил более 70 рейсов от Кушки до Кандагара, а это 700 километров только в одну сторону. В колонах было по 60 машин и больше, какие то новые по 80 км/ч еду, другие старые еле вытягивают 40. Если вдруг одна машина пробила колесо, то с ней остается машина техзамыкания, охранение, ЗУ-шка или последний БРДМ, а все остальные подтягиваются к диспетчерскому пункту и пока они не приедут, стоят час-полтора. Ночью в Афганистане никто не ездил. В зеленой зоне «педаль до полика», бетонка была разбита до ужаса. Были и случаи когда душманы колону выкашивали полностью — в районе Кандагара была самая опасная дорога, а от Шинданта до Геришка пустыня, безопасно. Лучшая скорость для движения головной машины колоны 60 км/ч, если больше, то замыкающий будет гнать из последних сил.Полтора часа видеоинтервью. В 1984 —
Это самое жесткое интервью про Афганскую войну из тех, что доводилось видеть. Ну вот к примеру «Медаль за боевые заслуги» стоила 7000 афганей, чуть дороже чем запасное колесо с ЗиЛа — писарь напишет представление, проскочит или нет — как повезет. Про мертвых и убитых не говорили — табу, но вещи раздавали. Обыск трупов убитых душманов заставляли делать молодых, это считалось мародерством. Передачи опыта как такового не было, спустя 3-4 года в этой десятилетней войне, на тех же самых местах потери несли уже другие подразделения. Советские бойцы продавали патроны, и оружие душманам, но случаи эти были крайне редки. Андрей Павлюков был свидетелем расправы над таким солдатом в соседней роте — он продавал патроны и продал прибор ночного видения. Его спасли от расстрела-самосуда, сдали особистам. Все поручни на БТРах были обмотаны тканью, без сидушки можно было получить ожог.
Воевать по сравнению с 1941 годом стали лучше, но осталась главная проблема. Заключалась она в слабой подготовке командных кадров. Операции планировались, Москва требовала активности, но в то, что хоть что то из этого завершится успехом, никто не верил — это заметно по тому, что штаб сразу назначал кого то в качестве громоотвода, на который можно свалить весь неуспех операции. Разведка была кошмарной, только более-менее к 1943 стало понятно, что происходит на Балтике.Почти два часа Мирослав Эдуардович Морозов рассказывает про кампанию 1942 года на Балтике. Например наши бомбардировщики-торпедоносцы использовали тяжелую корабельную торпеду, которая являлась на самом деле итальянкой 1930-х годов, переработанной под нашу технологическую цепочку. Весила почти тонну и была самой тяжелой из возможных, но благодаря корабельному происхождению дальность её хода была 4 километра. Наши летчики даже сбросив её из-за сильного зенитного огня, могли рассчитывать на поражение цели с 3,5 километров.
Первые 4 роты пропаганды (по 150 человек) были сформированы в Вермахте накануне судетского кризиса и запущенны в «опытный полет». По итогам польской и французской кампаний, были сделаны выводы, и например если в Польше радиопропаганда не работала вовсе, ввиду отсутствия приёмников у нищих поляков, то во Франции радиопропаганда дала отличный результат, в агитации против колониальных войск. Николай Смирнов, исследователь военной пропаганды, автор и администратор ресурса https://agitka.su, рассказывает о работе пропаганды Вермахта против Красной Армии и населения СССР в операции «Барбаросса». Как формировались и были устроены подразделения пропаганды Вермахта? Как готовилось пропагандистское обеспечение нападения на СССР? Какие пропагандистские акции проводились немцами в 1941 году? Какую роль играл германский МИД в вопросах военной пропаганды против СССР? В чем причины кризиса пропаганды Вермахта зимой 1941 года?
После февральской революции 1917 года на железной дороге как и армии началась полная анархия. Появились профсоюзы. Свой профсоюз у конторщиков, у сцепщиков, паровозников, осмоторщиков. Над всеми ними восседал ВИКЖЕЛЬ и никуда не пропавшее Министерство путей сообщения (МПС). ВИКЖЕЛЬ, Всероссийский исполнительный комитет железнодорожного профсоюза — организация, созданная на 1-м Всероссийском учредительном съезде железнодорожников в 1917 году из 14 эсеров (из них 9 левых), 6 меньшевиков, 3 большевика, 6 членов других партий и 11 беспартийных членов. Уже через 10 дней после своего создания, ВИКЖЕЛЬ саботировал продвижение корниловцев на Москву, блокируя движение на железных дорогах, и приостанавливая работу бригад. Большевики намотали себе на ус эти события и старались с любыми железнодорожниками в конфликт не входить — на дорогах работали специалисты, которым не было замены. Большевики после октябрьской революции даже полтора месяца боялись тронуть ВИКЖЕЛЬ, и задавили его только когда сам он дал повод для этого.
Железнодорожные войска в России появились с первой железной дорогой в 1851 году. К концу 1917 года в этих войсках было больше 130 тысяч человек, но на начало Первой мировой войны только 9 батальонов. Первый русский бронепоезд был сформирован в августе 1914 года под Тарнополем 9-ым батальоном и достаточно простой конструкции австрийской разработки — один вагон с пушкой, один с пулеметом и бронепаровоз. Несмотря на примитивность, участвовал в боях он весьма успешно. Надо сказать, что русские железнодорожные войска имели на вооружении старые винтовки, и основная их задача была в обслуживании путей, а так же при отступлении разбирать пути, забирать стрелки, рельсы, баки с водокачек — всё под чистую. Управление военных сообщений спросило командиров батальонов, нужны ли им еще такие бронепоезда, они ответили — не нужны. Спросили командующих армиями — те ответили, что очень нужны.
Удар по финским аэродромам 25 июня 1941 года. Почему все бомбы ушли «в молоко»? (Олег Киселев, 2020)
Парадоксально, но в первые дни войны советской авиации было нельзя бомбить вражеские аэродромы на территории Финляндии и вообще залетать на её территорию даже в целях разведки. Командующий ВВС ЛВО Александр Новиков не был дураком и засекая вылеты и перелеты немецких самолетов через территорию Финляндии, оперативно обратил на это внимание высшего военного руководства. С некоторым запозданием, директивой №088 Тимошенко разрешил бомбардировки Финляндии. 25 июня начались первые бомбардировки, но наши экипажи либо не находили аэродромы, либо не долетали до них. Соответственно бомбы сбрасывались на запасные цели: железнодорожные узлы, какие то мосты и другие цели обрисованные предвоенными планами. Первый удар пошёл «в молоко» и операцию по бомбардировке финских аэродромов быстро остановили вечером 25 июня.Как продолжились бомбардировки, чем закончились и ответы на другие вопросы в студии «TacticMedia».
Период с 20:25 до 20:45 можно считать поворотным моментом 21 июня 1941. Если до этого момента шла плановая работа высшего руководства страны, то после него события развивались совершенно в другом ключе. В 20:40 руководство Наркомата обороны выезжает в Кремль. Военно-политическому руководству докладывают, что исходя из поступивших донесений, немецкие войска выдвинулись на исходные для атаки районы. Маленков на совещании политбюро пишет постановление, в котором оговаривается создание Южного фронта группы армий второй линии и направление представителей на создаваемые фронты. Мерецков на северный фронт, Жуков на юго-западный и южный, Будённый назначается командующим армиями второй линии. Так же было принято решение о приведении РККА в полную боевую готовность. В 22:30 все разъехались.Тимошенко вернувшись в Наркомат обороны начинает обзвон штабов приграничных округов, предупреждая о поступлении особо важной директивы.
Некоторые аэродромы были настолько близко к границе, что по слухам их даже обстреливала немецкая 105-мм полевая артиллерия. Первым о разгроме прифронтовых аэродромов заявил Виктор Суворов (он же перебежчик Резун), так же как заявил про «автострадные танки» и «самолеты-шакалы» для наступательной войны против Германии. На самом деле речь идет о некоторых районах Белоруссии, где аэродромы находились ближе чем 50-30 километров от границы, и ни одного факта обстрела их артиллерией не задокументировано. Так же Резун написал, что Красная армия должна была наступать к Львовского выступа, но там был только один прифронтовой аэродром Яровов с корпусной разведывательной эскадрильей. Что то посерьезней находилось в 55 километрах под Львовом, а бомбардировщики и вовсе в 200 километрах.По главной теме с 20 минуты. Далее Михаил Тимин рассказывает про учебно-боевую подготовку ВВС РККА. Так до 1933 года будущих военных лётчиков до отправки в часть обучали летать исключительно на учебных самолетах, а на боевой его впервые сажали только в эскадрильи. И еще —
