1941

В конце ноября 1941 года комдиву 87-й дивизии Родимцеву из штаба армии пришла поздравительная телеграмма в связи со взятием города Тим, что в Курской области. Подписана генерал-майором Подласом и членом военного совета Малиниым — всё как полагается. Холодный пот прошиб лоб Родимцева — отдельные подразделения дивизии только-только ворвались на окраины городка, о полном взятии речи даже не шло. Причина была в начальнике штаба дивизии Борисове и комиссаре Чернышове — кто-то из них поторопился и с утра сообщил в штаб армии, что город уже взят. Подобное за всё время войны с Родимцевым произошло впервые.Неожиданную помощь войскам Родимцева оказали сами немцы. Несколько девяток немецких Юнкерсов-88 атаковали свои же войска на окраине города. Помощь так же пришла и от командующего армии. Видео на базе воспоминаний Александра Ильича Родимцева.

Перед войной появился такой феномен как «Курсы младших лейтенантов» — это когда из сержантского состава после сдачи экзамена можно было получить звание младшего лейтенанта и таких лейтенантов в командном составе была почти 1/3 (28,9%). Качество командного состава Красной армии в 1941 году просело почти в 2 раза по сравнению с 1939. Это потому что Красная армия стремительно росла, к концу 1941 года она должна была насчитывать 8 миллионов человек. В 1939 были созданы «тройчатки», то есть из одной дивизии создавались сразу три, по факту — полк превращался в дивизию. На август 1937 года в командном составе проучившихся в командных училищах было — 61%, а на 1 января 1941 года — 48.6%. Всё это были объективные болезни роста.Военное дело — специфическое искусство, а не наука, не каждому дано уметь командовать и действовать решительно на войне настоящей.

С лета 1940 и до 22 июня 1941 немцы изготовили четыре таких 600-мм мортиры. Если кратко, то проблему колоссальной 450-тонной отдачи при выстреле, решили хитрой конструкцией лафета, который опускался перед выстрелом как большая металлическая площадка и поднимался для перемещения на гусеницах. Мортиры свели в подразделения по 2 машины. Первые две выпущенные машины «Адам» и «Ева» (с балкой в гусеничной ходовой) согласно плану обстреливали Брестскую крепость, а другие две «Тор» и «Один» должны были работать по 6-му укрепрайону — это тот самый район где немцам 22 июня 1941 хорошо дала по носу 41-я СД Микушева: «22 Июня 1941 года — убийственный удар по немцам 41-й стрелковой дивизии генерала Микушева» (Алексей Исаев, 2021).Однако 14 мая решили всё перевернуть и на Брестскую крепость переназначили более новые «Тор» и «Один»

«С херсонеского поста донесли, что слышен шум моторов в воздухе. Мы уже к этому времени знали, что в районе Севастополя наших самолетов в воздухе не должно быть. Но чьи же они тогда? В это время грохнули артиллерийские залпы и я машинально взглянул на часы — они показывали половину четвертого. Неужели война? Мы взглянули друг на друга. Мы вошли в кабинет комфлота, там уже находился Кулаков, вице-адмирал флота Октябрьский разговаривал по телефону с Москвой (с Жуковым, тут подробнее). «Чьи самолеты» — спросил я у Кулакова. «Наверно немецкие» — ответил он и протянул мне телеграмму от адмирала Кузнецова. В ней сообщалось, что в течении 22-23 июня возможно внезапное нападение немцев. Нападение немцев может начаться с провокационных действий. С передовой донесли, что в районе 12-й береговой батареи в лучах прожекторов видны парашютисты. Тут же последовала команда усилить команду штаба. Но вскоре выяснилось, что на парашютах спускаются не люди, а мины и уже несколько штук разорвались в городе»

В один из моментов утра 22 июня 1941, Сталин ждал доклада Жукова, но не дождавшись его, поехал к нему сам в здание Генштаба на Знаменке. Он увидел толпы людей, многие с оружием, курьеры не могут доставить документы потому, что никого не найти, шум, толчея, гвалт. А в центре всего этого Георгий Жуков. Сталин спросил его про доклад, Жуков ответил, что доклад готовится, а Сталин мешает: «Мы к вам приедем в Кремль, когда будет, что докладывать». По этой причине первым делом Сталин приказал охранять задние Генштаба чекистам, которые не подчинялись военным. Был введен и особый режим в Кремле в 8:30 ура 22 июня.  Мы слишком однобоко знаем о начале войны 22 июня 1941 года, многое не знаем. Война началась не в 4 утра, а в 3:07, когда адмирал Октябрьский, командующий Черноморским флотом, позвонил в Москву маршалу Жукову и доложил, что большая группа неизвестных самолетов атакует Севастополь. Потратив кое какое время на выяснение обстоятельств, в 3:45 утра Георгий Жуков позвонил на ближнюю дачу Сталина —

С 15 июля 1941 года Константин Иванович Ракутин командовал 24-й армией Резервного фронта. Под руководством Ракутина, бойцы 24-й армии в Ельнинской наступательной операции с 30 августа по 8 сентября 1941, прорвали оборону врага, разгромили крупную группировку немецких войск и освободили город Ельню. Это был первый крупный оперативный успех РККА в 1941.Командовал операцией сам Георгий Жуков. В этих боях Ракутин сумел проявить лучшие качества командира — способность быстро оценивать обстановку, принимать грамотные решения, обеспечивать их обеспечение. Все четыре дивизии Генерала Ракутина по итогам боев стали Гвардейскими.Далее в видео про то как его армия попала в Вяземский котел и гибель Ракутина во время прорыва 7 октября 1941 в районе села Семлёво, Смоленской области.

На самом деле сделать разбор боевых действий в воздухе 22 июня 1941 года по южному фронту достаточно легко. Сохранились КБТ эскадр 4-го авиакорпуса Люфтваффе, все полностью с разведданными. Достаточно сопоставить эти данные  с документами Подольского архива МО и нарисовать непредвзятую картину событий 22 июня — наших документов так же много сохранилось. Советская историография битвы за небо в начале войны в пределах Одесского военного округа (ВВС 9-й армии) держалась на книгах Вершинина и там много чего не рассказано.К примеру. Днем 22 июня был атакован аэродром 55-го ИАП в Бельцах (на МиГах). Советские летчики успели поднять в воздух несколько машин и навязать немецкой эскадрилье Me-109 воздушный бой, позволив взлететь всем двум эскадрильям 55 ИАП полностью. Это оказалось очень кстати, за первой эскадрильей противника подлетела вторая — так немцы делали из расчета, что на первую эскадрилью советские самолеты израсходуют все боеприпасы и их будет проще добить в воздухе и уничтожить аэродром.

Это происходило так. В 12:05 минут 22 июня 1941 года, Молотов вышел из кабинета Иосифа Сталина с текстом выступления и направился на Центральный телеграф, откуда осуществлялась трансляция. По окончании трансляции, он в 12:25 он вернулся в кабинет Сталина. Точное время выхода обращения — 12:15 минут.В сообщении были перечислены страны напавшие на Советский Союз, крупные города подвергшиеся бомбардировке и объявлено число известных жертв — 200 человек. Текст был перепечатан в «Правду» №172 на следующий день, «Известия» №146 и «Комсомольскую правду» №147. На следующий день так же в газете «Правда» №172, советский партийный деятель Е. М. Ярославский опубликовал статью, с заголовком «Отечественная война», далее в тексте с маленькой буквы. 3 июля Сталин добавил к этому словосочетанию слово Великая и название закрепилось.Война началась в воскресное утро 22 июня 1941 года в 4 часа утра. Ровно 80 лет назад. Худ. фильмы про 22 июня, подборка.

Немцы в начале приняли разрывы этих снарядов за действие противотанковых мин. На самом деле по ним били 40-килограмовые снаряды большой мощности и рвущийся возле танка такой снаряд легко переворачивал его и ставил на попа, а попав по танк — разрушал как картонную коробку.Этот эпизод битвы за Москву произошел на участке обороны 16-й армии Рокоссовского Солнечногорск — Красная поляна. Армии требовалась артиллерия, резервов не было — все отказали, но Сталин упомянул, что в Москве есть Артиллерийская военная академия и возможно там могут помочь.Академия была эвакуирована в Самарканд, но среди оставшихся сотрудников академии нашелся старожил, который предложил использовать законсервированные царские шестидюймовые гаубицы, которые использовались еще в русско-турецкую войну 1877-1878 годов. Снаряды нашли на Сокольническом артиллерийском складе.Реальный эпизод битвы за Москву, подробности в видео, или почитать тут.

14 июля 1941 оборона подступов к городу и сам Смоленск была возложена на части 16-й армии генерала-лейтенанта Лукина в составе 32-го стрелкового корпуса, состоявшего из 46-й и 152-й СД. Однако обе дивизии обороняли дальние рубежи на северной стороне Днепра, а сам город защищали запасные и спецчасти — всего до 6500 человек, а на передовой только 2500. Лукин выдвинул на танкоопасные направления противотанковые отряды, но шедшая в авангарде 47-го моторизованного корпуса немцев 29-я моторизованная дивизия Вермахта, преодолев сопротивление отряда подполковника Павла Буняшина, в районе Хохлова прорвалась к Смоленску. 15 июля немцы зашли в город с юго-запада, заняли южную часть, 16 июля форсировали Днепр и пала северная часть города. В окружение попали 3 советские армии.На следующий день штабу 16-й армии был подчинен 34-й стрелковый корпус генерал-лейтенанта Рафаила Хмельницкого. Его 127 и 158 стрелковые дивизии включились в бои за южную часть города.