Главное из материала: Свернуть / Развернуть ▾
- "Выпустив 10 снарядов по кишлаку Сайдан, я продолжил движение до остановки на ночевку.
- Во время движения по бетонке я понял, что значит обученные экипажи.
- Мои солдаты в течении ночи могли заменить торсион, используя маленький заряд тротила для вышибания, каток и даже двигатель.Дальнейшее движение к кишлаку Каджаки прошло без происшествий.
«Выпустив 10 снарядов по кишлаку Сайдан, я продолжил движение до остановки на ночевку. Во время движения по бетонке я понял, что значит обученные экипажи. Мои солдаты в течении ночи могли заменить торсион, используя маленький заряд тротила для вышибания, каток и даже двигатель.
Дальнейшее движение к кишлаку Каджаки прошло без происшествий. Утром 24 октября в начале движения колону обстрелял миномет, который был засечен по струе дыма. Выпустив по нему несколько снарядов, на своем танке №619 с позывным «Тайга-19», наводчик — рядовой Саитханов и мехвод — рядовой Рахмонов, двинулись дальше по дороге к кишлаку Каджаки-Улея. Пока я стрелял по миномету и таскал подорванную БМП, сопровождаемая сорбозовская колона с грузом втянулась в кишлак.
Когда я выехал на дорогу, которая тянулась вдоль восточной окраины кишлака, то увидел, что колона которую мы сопровождали — горит. Проезжая мимо горящей колоны, перед танком начали появляться черные фонтанчики — это были разрывы гранат от гранатомета, при срабатывании самоликвидатора.
По башне и термокожуху начали попадать пули и я понял — что мы попались по-крупному.
Провинция Гельменд. Воспоминания танкиста — участника боя за кишлак, танковый батальон 371-го МСП в/ч 51883.
